голландия

«Тюльпановый кризис», разразившийся в Голландии в 17-ом веке - один из первых, в достаточной мере описанных и задокументированных экономических кризисов в истории человечества. Зимой 1637 года в Голландии зверствовала «тюльпановая лихорадка». Спрос на луковицы тюльпана и их стоимость была огромной.

Это был первый в истории пример спланированного кризиса и эксперимент явно удался…

Катя, жительница Херсона (Украина) вышла замуж за голландца и рассказывает о жизни в этой благополучной, на вид, стране.

Дмитрий Торчиков продолжает радовать из Голландии своими юмористическими зарисовками: Как-то ехал в Голландии по маршруту, по которому раньше не доводилось. Пошёл выяснить в кассе на пересадке, с какой платформы и какой поезд. Кассирша, прекрасная женщина, тут же откликнулась на просьбу — отправила меня на вторую платформу. Стою в прекрасном настроении. А чего бы не радоваться — семь утра, ветер, дубак, а поезд через 18 минут.

Тут на платформу выходит двухметровый полицейский с лицом невыспавшегося Шварценеггера. Ходит так неспешно и в лица всем пристально заглядывает. А полицейские просто так никуда не заглядывают, знаю из личного опыта.

У меня и без того рожа протокольная, а тут ещё и занервничал по привычке. Если б он к кому-то другому подошёл, оно бы и ничего, но я как чувствовал...

Любезный такой, аж противно.

— Мущина, — говорит, — пройдёмти! — И аккуратно так за локоток прихватил.

Рассказывает Олика Янат: Первое, что поразило меня в Нидерландах, — это люди. Главное, что поразило меня в Нидерландах, — это люди.

Если бы не мои друзья, которые пару лет назад обосновались в Алмере, в 30 км от Амстердама, я бы наверное ни за что в жизни не поехала в Нидерланды. Ну как-то не поехала бы и всё. Это ведь не Италия, не Франция, не Испания и не Греция. Вот что там может быть интересного? Ну кроме секса и наркотиков, разумеется. Тем больше поразила и впечатлила меня эта страна. И не только своими аутентичными поселениями и сумасшедшим арт-хаусом (об этом в следующий раз), но и самой что ни на есть обыденностью — простой жизнью обычных людей.

Дмитрий Торчиков продолжает радовать сатирическими зарисовками из своей настоящей, в Голландии, и прошлой, в Латвии, жизни: Это был 91-й год. Почему помню, потому что мама работала на «железке», а тогда раз в год работникам давали бесплатный билет по Союзу. Куда угодно, хоть во Владивосток. Но на мамину родину нужно было пилить неделю, и при всей моей любви к поездам — это было бы слишком. Поэтому Питер. Каждый год с трёх лет я был там. Там жила творческая интеллигенция нашей семьи — тётя Роза. А в этот раз мы с мамой чего-то вдвоём решили поехать.

Маленькое лирическое отступление.

1986 год. Юрмала. Кемери. Столовка. Очередь с жирными подносами в кассу. Ну, биточки, картошка средней синеватости, мутная подлива — всё как всегда. А перед нами стоял мужчина типичной наружности с тарелкой рассольника и всё теми же мутными биточками. На подносе у него лежали две четвертинки чёрного.

Кассирша была не в духе, видать. Хотя кто из них был в духе в то время?! А тут прям совсем раздухарилась. Она этот хлеб у него с подноса забрала и положила обратно. Он недоуменно посмотрел на наглющую кассиршу, взял руками хлеб и снова положил на поднос. Мы привыкли, для нас было очевидно, но он не понимал, в чём дело. Пасовались они молча и были оба страшно недовольны друг другом. Ситуация закипала. Первым не выдержал мужчина из конца очереди, ему жрать хотелось сильнее остальных, похоже. Он оставил свой поднос, подошёл к молчаливо воюющим. Взял блюдечко, щипцами положил на него хлеб и с саркастической улыбкой в глаза поставил тарелочку на поднос россиянину. Кассирша моментально пробила содержимое подноса и сказала это знаменитое: «Следующий». Мужик с окультуренным хлебом брезгливо оглядел очередь и сквозь зубы процедил: «Интеллигенция засратая».

Дмитрий Торчиков, перебравшийся на ПМЖ из Латвии в Голландию, продолжает радовать своими юмористическими зарисовками из своей новой жизни.

Вчера состоялся разговор в непринуждённой обстановке за жильё. Ни к чему не обязывающий, просто под пиво, чтоб о чём-нибудь. Где, чо, почём. Голландцы были в компании, ну и я прицепом затесался.

Говорили о кредитах, о том, сколько нужно зарабатывать сейчас, чтобы дали кредит на то жильё, которое хочется. О разнице контрактов в компаниях и о том, какие контракты позволяют купить дом, а какие нет.

Я в беседе принимал участие чисто визуальное — в качестве необычной, много и не по делу говорящей мебели. А что я мог сказать по теме, если тут цена на дом стартует с 250 тыщ евреев? Они ржали надо мной на английском языке, ибо на голландском я пока шучу скромно, без огонька, можно сказать.

А они уже по два пива выпили, а тут это уже уровень «сильно перебрал». Голландцы очень дисциплинированные, и где-то в глубине души радостно было за них, а с другой стороны... какой гаммы чувств они лишены! Ну, вот это наше, когда будильник орёт, а ты его найти не можешь, потому что понятия не имеешь, где проснулся. У меня так было разок. Это так отрезвляет, доложу я вам, несмотря на то, что пить закончил час назад, по словам очевидцев.

Дмитрий Торчиков продолжает радовать своими бесподобными рассказами со своей новой страны обитания: Томный конец рабочего дня. Сидим с коллегой, неохотно кашляем о проделанной работе. Ну как с коллегой? Он — соучредитель компании. А мне и рукав пришить не к чему.

Голландцы же огромные, блин. Этот такой метр девяносто пять точно. С животиком, холёный, глаза грустные, как у ослика из Винни-Пуха — оттого что жизнь уже состоялась, и всё у него в порядке. Эта вот статусная двубортная рубашка, кардиган, дедовского цвета джинса, натянутая на пуп, а то спадает. Волос много, ненатужно так чуть на бочок гелем, не вызывающе (Голландия же), ну и брови повышенной кучерявости. Чуток обрюзгший, но не мятый ещё. В пятьдесят рано, но всё к тому.

А я мало что интеллигентный, дак ещё и эмоциональный. Словарного-то запасу нет, а англичане ничего убедительнее прилагательного «факинг» не придумали. Ну и когда меня заносит на пиках эмоциональности, я делаю огромные близко посаженные глаза выкатом и артикулирую тот самый «факинг», чтоб хоть как-то соответствовать регламенту.

Коллега каждый раз смотрит на меня в такие моменты глазами Куравлёва, и в них легко читается: «Ой, дура-а-ак».

Дмитрий Торчиков, некогда живший в Латвии и перебравшийся в Голландию, продолжает радовать своими веселыми рассказами: Чаще чем здесь, я нигде и никогда не слышал выражения «fuck it». В очень лёгком переводе — это «фиг с ним». Они действительно так живут.

Помню, на работе свет пропал. Ну, пробки выбило или ещё что. А электрик в пробке стоит в Амстердаме. Никто даже ухом не повёл. Я говорю, мол, давайте я гляну. Начальник ко мне оборачивается:

— Тебе за это платят?! Вот и сиди ровно.
А я-то наш, я ж за всю планету переживаю, говорю:
— Так у фирмы же убытки будут.
И тут он короночку:
— Фак ит. Убытки будут у хозяина компании. Мы сидим, нам платят, а что ещё тебе нужно?