В Нарве проблема пустующих строений стоит остро: в городе есть как известные всем «заброшки», например ДК имени Василия Герасимова, так и менее заметные дома, представляющие опасность для горожан. Теперь у муниципалитета появилась надежда на поддержку со стороны Министерства внутренних дел.

Иллюстративное фото: Gazeta.ee

Необходимость изменения закона
Большинство таких зданий находятся в частной собственности, и у города нет полномочий их сносить. По словам политика и бывшего министра инфраструктуры Владимира Света, аналогичная ситуация наблюдается по всей стране, в том числе в Таллинне. Законодательство не даёт муниципалитетам эффективных рычагов воздействия на владельцев.

Житель Нарвы по имени Антон, обратившийся в редакцию «Нарвской газеты», поднял болезненный и для многих знакомый вопрос: что будет с полуразрушенным зданием по адресу Калда, 2, которое годами стоит без дела и представляет угрозу безопасности? Ещё в молодости Антона это строение находилось в плачевном состоянии, и с тех пор ситуация практически не изменилась — сейчас, выгуливая собственных детей по району Кренгольма, мужчина по-прежнему вынужден наблюдать одну и ту же печальную картину: развалины, заросшая территория, открытые люки и деревья, нависающие прямо над линиями электропередач.

По приглашению читателя корреспонденты газеты посетили указанное место и убедились, что опасения небезосновательны — участок действительно находится в крайне запущенном состоянии. Чтобы прояснить будущее этого дома, журналисты обратились в Департамент архитектуры и городского планирования Нарвской горуправы.

После публикации в «Нарвской газете» материала о планируемом сносе ряда заброшенных строений в городе, один из читателей задал резонный вопрос: что будет с домом по адресу Кеваде, 4, где когда-то располагалась телефонная станция, а теперь – пустующее и неухоженное здание? Корреспонденты выехали на место и убедились, что территория действительно выглядит запущенной: разбросанный мусор, открытые люки, заросли бурьяна и кустарников. В ответ на журналистский запрос ситуацию прокомментировал заведующий службой охраны порядка Департамента городского хозяйства Дмитрий Дьяков, пишет Gazeta.ee

Фото: Анастасия Манакова | Gazeta.ee

По его словам, здание и прилегающий участок не находятся в собственности города, поэтому вмешательство местных властей ограничено. Однако хозяева объекта не бездействуют – они уже заказали минимальные работы по благоустройству. В ближайшее время планируется убрать мусор, засыпать старые колодцы технических коммуникаций, восстановить повреждённую решётку и скосить заросшую траву.

По информации с портала kinnisvarauudised.ee, конструкции, расположенные на фасадах домов, возведённых в период с 1960-х по 1990-е годы, находятся в крайне опасном состоянии. Особенно это касается балконных плит, удерживающихся на металлических креплениях, которые со временем подверглись серьёзной коррозии и потеряли часть своей прочности. Вес таких бетонных панелей может достигать одной тонны, и в случае ослабления крепежей последствия могут быть катастрофическими.

Иллюстративное фото: dv.ee

Проблема выявлена на большей части жилого фонда

Несколько лет назад специалисты из Департамента технического надзора провели масштабное обследование состояния балконов и их ограждений. Исследование охватило примерно 840 жилых зданий по всей стране. Итоги оказались тревожными: в 87% домов были зафиксированы различные дефекты в креплениях балконных конструкций. В 61% случаев выявленные нарушения представляли потенциальную угрозу обрушения.

Инфраструктура нарвского променада приходит в упадок, а ведущие к нему лестницы требуют ремонта, хотя непосредственно Лестница Гана была обновлена совсем недавно – только в конце 2023 года, пишет портал Gazeta.ee.

Один из многочисленных сколов на ступенях построенной 10 лет назад лестницы, соединяющей Лестницу Гана и речной променад. Фото: Роман Викулов

Во многих местах нарвского речного променада давно заметны повреждения, провалы в плитке, в частности, но это проблема глобальна — затрагивает и ведущие к нему лестницы, не только историческую.

Минувшей зимой были дни, когда нарвская Лестница Гана была абсолютно непроходимой, покрываясь льдом. При этом историческая лестница в центре Нарвы входит в зону первого класса, то есть является местом, где уборка от льда и снега должна производиться постоянно в оперативном порядке.

Съемки были сделаны недавно, осенью прошлого года. Хотя, время там как будто застыло на месте и по сравнению с видео например 10 летней давности там мало что изменилось.

Посёлок Вийвиконна начал строиться в 1935—1936 годах рядом с шахтой по добыче сланца. Год образования посёлка городского типа 1950. Cтал частью Кохтла-Ярве в 1960 году. Сланцевый карьер закрыли в 1974 году, после чего поселок перестал развиваться, а после обретения Эстонией независимости и вовсе был предан забвению.

Построенное девять лет назад здание на пляже в Нарве, признанное лучшим бетонным строением Эстонии, сразу после открытия показало свою уязвимость. С течением времени его проблемы только усугубились, и необходимость ремонта стала неотложной.

Иллюстративное фото: narvaleht.ee

Еще в 2020 году, спустя всего четыре года после запуска, Нарвский департамент городского хозяйства провел аудит конструкции и инженерных систем. Результаты выявили ошибки в проектировании, строительстве и частично в эксплуатации. Уже тогда было ясно, что здание требует значительных финансовых вложений для исправления недочетов.

С тех пор ситуация ухудшилась. Ремонт так и не был проведен, что привело к усугублению существующих проблем. На сегодняшний день пляжное здание находится в неудовлетворительном состоянии.

Этой весной в Кохтла-Ярве планируется снести десять многоквартирных домов, из которых будет переселено около ста человек. Большинство зданий, подлежащих сносу, расположены в районе Сомпа.

Фото: Kohtla-Järve Linnavalitsus

Из десяти домов восемь находятся в Сомпа, по одному зданию будут снесены в Кукрузе и Ору. Как сообщил ERR, мэр Кохтла-Ярве Хенри Казело отметил, что договоренность о сносе домов в Сомпа была достигнута довольно быстро, поскольку многие здания уже пустовали, а оставшиеся жильцы согласились переселиться без серьезных возражений.