«Жук» с крестом на борту: автомобиль спешит на помощь

Сто лет тому назад борьба за жизнь и здоровье таллиннцев начала вестись куда как оперативнее: на улицы вышли первые автомобили скорой помощи.

Автомобили скорой помощи перед зданием Красного креста на улице Нигулисте. 1927 год.

Эстонский красный крест – ровесник первой годовщины провозглашения государственной независимости: официально он был основан в праздничный день 24 февраля 1919 года. Уже к лету служба Красного креста получила от союзников-англичан и первые санитарные автомобили, специально приспособленные для транспортировки раненых с поля боя к полевым госпиталям. Изрядно повоевавшие к тому времени в составе британских войск на фронтах Первой мировой войны, сильно амортизированные, после заключения Тартуского мира они были списаны.

Два года потребовалось на то, чтобы белые автомобили с красным крестом на борту стали привычным элементом уличного пейзажа – вначале, разумеется, в Таллинне, а очень скоро – и за его административными границами, в пригородах.

Пролетки и фургоны

Собственно «карет скорой помощи» – конных экипажей, предназначенных для транспортировки больных в лечебные заведения, Ревель на протяжении большей части своей истории не знал.

Средневековый бюргер предпочитал болеть дома: врач приходил к заболевшему горожанину сам, если тот мог оплатить визит. Беднота добиралась в госпиталь или богадельню на своих двоих.

Такой порядок сохранялся и многие годы после Средневековья: вплоть до самого начала ХХ столетия больных доставляли в клинику, в лучшем случае, в обычной извозчичьей пролетке летом, а зимой – на санях.

Вопросом приобретения специального средства транспортировки заразных больных к потенциальному месту лечения Ревельская городская дума впервые озаботилась, похоже, лишь во время «сезонной» вспышки холеры летом 1905 года.

Во всяком случае, в протоколе ее заседания отражены бурные дебаты депутатов эстонской фракции с бароном Жираром де Сукантоном, почему-то решившим, что для санитарного транспорта у него хотят реквизировать фургон для перевозки мебели.

Большинством голосом было принято решение приобрести списанный санитарный фургон в Санкт-Петербурге, но, судя по всему, в вихре последующих революционных событий из столицы в Ревель он так никогда доставлен не был.

Во всяком случае, на страницах периодики его использование не отслеживается. В отличие от заметок о кончине пациента по той вине, что родственники или знакомые, увы, не успели отыскать свободной пролетки.

Не исключено, что специально оборудованный медицинский транспорт появился в городе в дни Первой мировой, но обслуживал он военных, и штатским горожанам оставалось уповать лишь на извозчиков.

Вопрос трех минут
Летом 1922 года газета «Kaja» оповестила читателей: Общество красного креста недавно выкупило дом по адресу Нигулисте, 12 и в данный момент вовсю занято проведением переезда в него.

Дел, действительно, хватало. Ведь в приемных помещениях разместить планировалось не только административный аппарат учреждения, но и оборудовать пункт оказания первой медицинской помощи.

«Главным управлением эстонского Красного креста открыт пункт по транспортировке больных и раненых, – писал 24 сентября 1922 года «Päewaleht». – Район его действия – Таллинн и уезд Харьюмаа».

Издание уточняло, что транспортировать нуждающихся будут четыре специальных автомобиля, вызвать которые можно либо по телефону, либо по почте, или же – придя на улицу Нигулисте непосредственно.

«Доставка санитарными машинами будет осуществляться в радиусе 70 километров, – отмечалось в газетной заметке. – Точная стоимость услуги будет озвучена позже, пока же оплата производится по достатку пациента».

Дней через десять в прессе был опубликован точный тариф: вызвать карету скорой помощи в пределах Таллинна стоило 250 марок, за административной границей столицы – из расчета 30 марок за километр, причем в обе стороны.

Для того, чтобы автомобиль выехал к нуждающемуся в его услугах, работникам «травмопункта» было необходимо полное имя заказчика и больного, его точный адрес, возраст и пол, а также – рекомендации лечащего врача, если таковой имелся.

Помимо шофера каждый автомобиль Красного креста был укомплектован санитаром, способным оказать неотложную медицинскую помощь. В случае, если пациент был неплатежеспособен, и помощь, и транспорт были для него бесплатны.

Поначалу на принадлежность к службе скорой помощи указывала только нарукавная повязка с красным крестом. Позже и шоферов, и санитаров одели в серые плащи-пылевики и фуражки английского типа с кокардами.

Каким бы не показалось это парадоксальным в наши дни, вплоть до середины двадцатых годов услуга срочной транспортировки больных даже в пределах города была отнюдь не круглосуточной – скорее наоборот.

Пункт Красного креста на улице Нигулисте первоначально функционировал по рабочим дням с десяти утра до половины четвертого вечера, а по воскресеньям – и того короче: с полудня всего до двух дня.

Зато если желающие обращались за помощью в указанные часы, они могли быть уверены: после поступления вызова машина отправится в путь не позднее, чем в течение трех минут.

Соответствие требованиям
«Кто из таллиннцев не знает капитальных, но быстроходных «белых авто», чью мощную сирену можно услышать на столичных улицах с раннего утра?» – задавался риторическим вопросом журналист.

Написанный им текст был опубликован в начале тридцатых годов. Осенью 1922-го машин в распоряжении столичной скорой помощи было всего две, и особой скоростью они, видимо, не отличались.

Приземистые и широкие, они получали у зубоскалов за неказистый внешний вид прозвище «жуков» – но по сравнению с фургонами на гужевой тяге это был явный и несомненный технический прогресс.

Еще через три года – в мае 1925-го – при финансовой помощи предприятия «Концентра» удалось приобрести третий автомобиль: специально оборудованный французский «Рено», который обошелся без малого в миллион марок.

«Недавно машина была доставлена в Таллинн, и на ней были произведены пробные поездки, участие в которых приняли и представители прессы, – сообщала газета «Kaja». – Автомобиль выглядит соответствующим всем требованиям».

Особо оговаривалось также, что несмотря на изготовление в далекой Франции, машина полностью приспособлена для использования на шоссейных дорогах Эстонии, покрытие которых, мягко говоря, часто оставляло желать лучшего и приводило к поломкам.

Летом того же 1925-го автопарк Красного креста пополнился еще одной машиной. Корпус ее был собран непосредственно в Таллинне и представлял собой настоящий медпункт на колесах – с местами для четырех пациентов и аптечкой.

Строительство карет скорой помощи местного производства на базе иностранных машин продолжилось и впоследствии: от заграничных они отличались, в первую очередь, стоимостью, что было немаловажно.

Впрочем, денежные проблемы преследовали благое начинание практически постоянно. Так, постоянно шли попытки придумать модель финансирования, одновременно эффективную и недорогую.

Во второй половине двадцатых годов, например, решили снабдить каждую машину скорой помощи таксометром и установить твердый тариф: днем – 50 марок за километр, ночью – 75 марок.

Вроде бы цифры, с учетом низкой стоимости тогдашней валюты, не ахти какие. Однако в 1929 году из полутора тысяч выездов скорой помощи, треть из них была осуществлена бесплатно.

Кроме того, оплачивать вызов санитарной машины было необязательно, если пострадавший нуждался не просто в перевозке на лечение в больницу, а в немедленной помощи.

* * *
Ни в музейных коллекциях, ни в частных собраниях не сохранился ни один из тех автомобилей скорой помощи, которые впервые вышли на таллиннские улицы столетие тому назад.

Это, конечно, досадно, как и то, что до наших дней в Таллинне не сохранилось ни одной санитарной машины, выстроенной не то, что в довоенной Эстонской республике, а даже в последней четверти ХХ века.

Куда отраднее, впрочем, что сто лет спустя автопарк столичной скорой помощи вырос в пятнадцать раз: двадцать три машины выходят на задания ежедневно, еще семь – находятся в резерве и готовы быть задействованы в любой момент.

Прийти на помощь нуждающимся они готовы абсолютно в любое время ночи и дня – как рабочего, так и выходного. И – абсолютно бесплатно для любого пациента, о чем в первой трети прошлого столетия, увы, оставалось только мечтать.

За это им, их водителям и медицинским бригадам – искреннее спасибо. И пожелание того, чтобы необходимости немедленно выезжать на вызов было у современных карет скорой помощи и их экипажей, поменьше – хотя бы в дни славного юбилея.

Йосеф Кац

«Столица»

Источник