Евродепутат Яна Тоом: «Отнять право голоса у 140 тысяч постоянных жителей Эстонии показалось депутатам мало. Они не только проголосовали за изменение Конституции, но и устроили себе овацию. А некоторые особо рьяные произносили оскорбительные речи: "В восстановленной Конституции нашей страны мы доброжелательно и примирительно прописали право новым колонизаторам иметь право голоса в делах своей Родины. Мы надеялись, что, возможно, они, видя преимущества свободного мира и уникальные ценности эстонской культуры, в конце концов откажутся от великорусского шовинистического образа жизни. Мы надеялись, что они наконец поймут, каким монстром был большевистский Советский Союз, и станут наконец добрыми и дружелюбными гражданами, ценящими и уважающими эстонское государство. И многие стали. Но, к сожалению, недостаточно. Мифические размеры Российской империи и подчинение себе меньших соседей, подчинение их своей небрежности, наплевательству и грязи, своему жестокому правлению, оказались гораздо более важными для слишком многих из них". Должна сказать, что перевод в сравнении с оригиналом проигрывает, например, räpasus – это не просто грязь, это еще нечистоплотность, запаршивленность, свинство. Как говорится, нужное подчеркнуть... В общем, Брюссельский дневник сегодня - не про Брюссель».

Закон не запрещает, а направляет: почему Эстония пересматривает подход к гражданству и выборам

Министр внутренних дел Игорь Таро в ходе беседы в эфире передачи ERR "Прямой эфир из Дома новостей" дал понять, что угроза для безопасности Эстонии кроется не в конкретных гражданах третьих стран, проживающих в республике, а в масштабности самого явления. По его словам, государство должно действовать так, чтобы у этих людей появилось больше стимулов ассоциировать свою жизнь с Эстонией, в том числе — оформлять гражданство. Это, по его утверждению, вполне выполнимая задача.

Почему возникла необходимость лишить права голоса граждан третьих стран?
Рийгикогу недавно утвердил закон, который лишает граждан третьих стран возможности участвовать в местных выборах. Обсуждение этого вопроса шло долго, с участием специалистов в области юриспруденции, в том числе конституционного права. В результате был выбран вариант, который делает новые правила максимально ясными и однозначными.

Где кроется реальная угроза и почему речь не о конкретных людях?
Министр подчеркнул, что суть проблемы — не в людях, а в ситуации, когда в Эстонии живёт значительное количество иностранцев с гражданством государств, которые в текущих условиях расцениваются как потенциально враждебные. В начале 90-х годов, когда принималась Конституция, подход был более либеральным: предполагалось, что участие в местных выборах поможет интегрировать людей. Но за прошедшие десятилетия у каждого была возможность сделать выбор — связать свою судьбу с Эстонией или нет. Некоторые, руководствуясь практическими соображениями, предпочли оставить иностранное гражданство — например, чтобы избежать службы в армии или для удобных поездок. Сейчас же обстоятельства изменились.

Российская угроза и гибридные действия
По словам Таро, Россия на протяжении многих лет использует тему так называемых "соотечественников" как предлог для вмешательства в дела других государств. Факт наличия большого числа людей с гражданством России или без гражданства в другой стране рассматривается ею как рычаг влияния. В условиях гибридных угроз это стало фактором риска.

Гражданство как путь к реальному участию в жизни страны
Министр отметил, что путь к гражданству не закрыт — наоборот, каждую неделю десятки человек получают эстонские паспорта. Это, по его словам, вопрос желания и внутреннего выбора. Если человек живёт в стране, считает её своим домом, пользуется её благами, логично сделать следующий шаг — оформить гражданство и участвовать в принятии решений.

Реакция общества и мифы о "фиге в кармане"
Говоря о реакции на принятое решение, министр отметил, что негатив может быть, но вряд ли это что-то новое. Если кто-то чувствует обиду или скрытое недовольство, скорее всего, это ощущение было у него и раньше. Парламентское решение лишь стало поводом, но не корнем проблемы.

Могут ли русскоязычные избиратели отдать голос за радикальные партии?
Отвечая на вопрос о возможной поддержке русскоязычными партия Koos или "Правые", Таро признал, что поведение избирателей трудно предсказать. Люди могут руководствоваться самыми разными причинами, зачастую нерациональными. Выборы — всегда многослойный процесс, и делать прогнозы за полгода до голосования он считает преждевременным.

Закон не разделяет людей, но подчеркивает важность гражданства
На вопрос о том, считают ли власти граждан третьих стран частью общества, министр ответил утвердительно. Но голосование — это часть именно гражданских прав, которые связаны с наличием гражданства. Никто не отрицает, что эти люди — часть общества, но участие в выборах — это отдельная тема. Особенно это касается лиц без гражданства, которым путь к эстонскому паспорту может быть даже проще.

Опасность "серых паспортов" и позиция России
Люди без гражданства, так называемые серопаспортники, тоже вызывают обеспокоенность. Соседнее государство использует их статус в своей пропаганде, создавая иллюзию того, что эти люди — её подданные или как минимум "свои". Им предоставлялись льготы, пересечение границы было для них упрощено, что только способствовало сохранению этого промежуточного положения. Такой подход, по мнению Таро, не помогает решению проблемы.

Будет ли использоваться метод "кнута и пряника"?
Что касается дальнейших шагов, министр заверил: никаких "кнутов" не будет. Мы живем не в Средневековье, говорит он, и ориентироваться следует только на позитивную мотивацию. Упрощение получения гражданства — не главное, препятствия в основном психологические. Сами экзамены не являются чрезмерно трудными. Всё зависит от желания человека.

Православная церковь и связь с Москвой
Касаясь темы закона о церквях и приходах, министр пояснил, что это не вопрос вероисповедания, а юридического соответствия. Если организация действует на территории Эстонии, она должна соблюдать местное законодательство. Никто не закрывает церкви силой, но установлены чёткие и понятные требования, и переходный период в два месяца даёт время на адаптацию.