От лопат до стальных «лап»: арсенал таллиннских снегоборцев
Уборка таллиннских улиц от снега и наледи – как вручную, так и с помощью разного рода специальных приспособлений и машин имеет за собой по крайней мере полуторавековую историю.
«Нам, Каурый, за ними все равно не угнаться, так хоть отставать не станем»: прежние и современные методы уборки снега на карикатуре Э.Вальтера. Газета «Õhtuleht», 1951 год.
«Не самая привычная картина – увидеть в городе снегоочиститель, сгребающий сугробы. Как правило, бывает так, что снега в городе, скорее меньше, чем хотелось бы, а не больше. Дворники берутся за лопаты и метлы, лишь только закружатся первые снежинки…»
Начало заметки, опубликованной восемьдесят один год тому назад на страницах газеты «Uus Eesti», звучит сегодня как никогда актуально: похоже, уставшая от теплых зим природа обрушила на Таллинн всю мощь морозов, снегопадов и метелей.
Выпадение двухмесячной нормы зимних осадков случалось в столице и прежде, не только в 1940 году. И таллиннцы неизменно выходили на борьбу с сугробами и снежными заносами, рано или поздно одерживая победу над стихией.
Природный ритм
Параграф об обязанности домовладельца поддерживать в порядке отрезок улицы у своего крыльца и регулярно очищать его содержится уже в старейших ревельских кодексах Любекского права.
Обязанность уборки уличного пространства относилась, скорее всего, к «круглогодичному» бытовому сору: исключительно сезонные снег и наледь в документах XIII столетия не упоминаются.
В том, надо понимать, и не было особой нужды: жизнь средневекового горожанина была тесно связана с естественными природными циклами. После прекращения навигации активное уличное движение прекращалось.
Да что там седое Средневековье: еще в 1906 году ревельская городская дума обсуждала возможность замены в зимние месяцы вагончиков конки… многоместными санями, идущими по тем же маршрутом – чтобы пути не чистить.
Впрочем, представлять Ревель начала ХХ века утопающим в непролазных сугробах ошибочно: общегосударственное муниципальное законодательство, действующее в городе с 1870-ых годов, вопросы зимней уборки улиц рассматривало подробно и обстоятельно.
В частности, домовладельцам вменялось в обязанность не только очищать тротуары, но и в обязательном порядке посыпать их песком. Использование печной золы для тех же целей воспрещалось – не совсем понятно, правда, по какой именно причине.
Снег с тротуаров не возбранялось использовать для того, чтобы выравнивать им ямы и рытвины на проезжей части. А вот сбрасывать его в сточные канавы, тянущиеся вдоль улиц городских предместий, было категорически запрещено.
Складированный по обочинам снег владелец недвижимости был обязан вывозить за городскую черту: в Ревеле конца позапрошлого столетия домовладельцы норовили трактовать это как «за бывшие крепостные ворота».
Какое-то время в том не было особой беды, пока урбанизация не изменила масштабы восприятия городского пространства, и былая эспланада – незастроенная территория перед валами – не стала центром города.
Еще до Первой мировой войны власти запретили сбрасывать вывезенный с городских улиц снег в прежний городской ров, давно ставший декоративным прудом. А также с причала Рыбной гавани.
Приметы времени
Куда бы не везли из города снег со льдом, прежде его необходимо было собрать в кучи. И вплоть до начала 1920-ых годов рассчитывать тут можно было только на нехитрый дворницкий инструмент.
Подмога ломам, метлам, скребкам и лопатам впервые пришла в 1929 году. Точнее – приехала по рельсам: городские власти приобрели в Швеции самоходный вагон для очистки от снега трамвайных путей.
По всей видимости, тогда же – если не годом ранее – в Таллинне были предприняты и первые эксперименты по очистке от последствий зимних циклонов и автомагистралей: несколько грузовиков снабдили скребками.
Результат испытаний превзошел все ожидания: снегоуборочные машины, предназначавшиеся, в первую очередь, для очистки междугородних шоссе, выскребли улицы и площади столицы буквально «налысо».
«Нельзя сказать, что ныне у нас зима бедна снегом, – писала в начале 1928 года газета «Päewaleht». – По крайней мере, в окрестностях Таллинна. Однако центр столицы – неизвестно, по чьему распоряжению – вычищен до булыжников».
Такая ситуация корреспондента удивляла, если не сказать – возмущала: подумали ли власти о том, что большая часть грузоперевозок в зимнее время осуществляется в городе на санях? А уж сельские жители, везущие на рынок товар, и вовсе чуть не плачут.
«Нынче нередка сцена: розвальни застряли, лошадь стоит и сдвинуть их с места никак не могут, — сокрушался репортер. – Конечно, чистка улиц – дело необходимое, но, все-таки, немного снега на проезжей части оставлять стоит – для проезда саней».
Тогдашним отцам города, конечно, было не позавидовать: с одной стороны, конечно, надо было не забывать о владельцах привычных для эстонских зим транспортных средств, с другой – шагать в ногу с техническим прогрессом.
Второе удавалось далеко не всегда. Например, в том же 1928 году пришлось временно закрывать автобусную линию к заводу «Двигатель»: взобраться на Ласнамяги снегоочистительная машина не смогла.
Не многим лучше случалось и на тех участках дороги, где резких подъемов не наблюдалось: в январе 1940 года автобус из Козе в Таллинн тащился за снегоочистителем восемь с лишним часов…
Стоит, правда отметить, что зима в тот год вообще выдалась необычайно снежной: снега навалила столько, что для вывоза его из столицы пришлось снаряжать железнодорожный состав.
Дело техники
В 1931 году «Päewaleht» опубликовал фотографию технической новинки: специальной машины, оборудованной транспортирной лентой для сгребания снега и отгрузки в идущий следом грузовик.
До присоединения Эстонии к СССР такие приспособления на таллиннские улицы, по-видимому, дойти так и не успели. Не было возможности их приобретения и на протяжении первых послевоенных лет.
Судя по фотографиям на страницах таллиннской периодики, встретить оборудованные транспортиром снегопогрузчики на столичных улицах и площадях можно было не позднее первой трети шестидесятых годов прошлого века.
К середине десятилетия в распоряжении управления коммунального хозяйства Таллинна уже двенадцать подобных машин – а также тридцать пять снегоочистителей с плугом, четырнадцать разбрасывателей песка, шесть автогрейдеров и прочая техника.
Бывали, конечно, случаи, когда и она не справлялась: в новогоднюю ночь 1966 года снега насыпало столько, что для расчистки магистралей на помощь специальному автопарку коммунальщиков и таллиннским дворникам направили солдат и даже учащихся ПТУ.
«Королем» заснеженных магистралей Таллинна стал в советский период лаповый снегопогрузчик С4 М, выпускавшийся на Свердловском заводе коммунального машиностроения на базе грузовика ГАЗ-51 в нынешнем Екатеринбурге.
Неприхотливая и надежная машина использовалась не только по всему СССР, но и экспортировалась за рубеж – в первую очередь, в страны, как было принято тогда говорить, «народной демократии», а также – в Финляндию.
За «прожорливость» – перекинуть С4 М мог до 250 кубометров снега в час, а также за характерные движения двух лап-загребателей, – снегопогрузчик получил от коммунальщиков множество неофициальных имен.
В зависимости от региона, его называли и «хапугой», и «прапорщиком», и «тещиными лапами», и «золотыми ручками». В Таллинне, где машины красили ярко-красным, закрепилось прозвище «коммунист».
Причем перешло оно и к наследнику С4 М в нелегком деле очистки проезжей части от снежных заносов – снегопогрузчику выпуска московского завода «Дормаш».
Даже перекраска машин в желтый цвет не помогла: во время февральского снегопада 2019 года новостные порталы запестрели заголовками: «На таллиннские улицы выходит «коммунист»!
* * *
Снег и колбаса на улице Нунне.
Более восьмидесяти лет минуло с тех пор, как на таллиннские улицы вышли первый оборудованный щеткой-валиком трамвай и первый оборудованный снежным скребком грузовик.
Парк снегоуборочной техники, которым располагает современный Таллинн, богат и разнообразен: разобраться в названиях и предназначении входящих в него машин неспециалисту трудно.
Но какие бы хитроумные механизмы не придумывали инженеры-разработчики, забывать о традиционных борцах с метелями, заносами и гололедицей – дворниках – ни в коем случае не стоит и в начале третьего тысячелетия.
Таллинн, собственно, и не забывает: еще в 2009 году городские власти объявили конкурс на звание «Lumemurdja» – на русский язык этот термин почему-то упорно переводят не логичным «Снегоборец», а причудливым словосочетанием «Снежный терминатор».
Впрочем, как бы не называли удостоенных этим званием – стоит отвесить им искренний и глубокий поклон. После каждого снегопада – а уж после такого обильного, как обрушился на Таллинн в первые выходные декабря – пожалуй, можно поклониться и не один раз.
Йосеф Кац
«Столица»
Комментарии 0