Мониторинг интеграции: русские относятся к эстонцам лучше, чем эстонцы к русским

За последнее десятилетие уровень владения эстонским языком среди жителей другой национальности заметно улучшился. Кроме того, сократилась взаимная антипатия между представителями разной национальности, хотя жители другой национальности относятся к
людям, для которых эстонский язык является родным, лучше, чем эстонцы относятся к говорящим на русском языке. Такие данные приводятся в опубликованном в понедельник "Мониторинге интеграции-2020".

Уровень владения эстонским языком. Автор: Integratsiooni monitooring 2008, 2011, 2015, 2017, 2020

Доля владеющих эстонским языком жителей Эстонии другой национальности выросла с 32% в 2008 году до 41% в 2017 году, и с тех пор осталась на этом уровне. Кроме того, явно сократилось число тех жителей, которые совсем не владеют эстонским языком (с 20% в 2008 году до 8% в 2020 году). Эстонцы оценивают свое владение русским языком в среднем несколько выше (свободно или активно им владеют 54%), чем жители другой национальности - свое владение эстонским языком.

Молодежь владеет эстонским языком лучше, чем люди старшего поколения. В 2020 году среди них эстонским языком владели 62% людей в
возрасте до 34 лет, а в возрасте от 65 лет и старше – всего 27%. За последние 12 лет владение эстонским языком больше всего улучшилось среди людей от 65 лет (17 процентных пунктов) и немного меньше – среди людей до 34 лет (менее 10 процентных пунктов). С тем, как эстонцы владеют русским языком, все наоборот: люди старшего возраста владеют русским языком лучше, а среди молодежи владение русским языком хуже.

При этом в Ида-Вирумаа в 2020 году только пятая часть активно владела эстонским языком, а среди жителей Таллинна другой национальности - половина, и этот показатель по сравнению с 2008 годом (35%) улучшился гораздо больше, чем в Ида-Вирумаа.

Другой язык используется на работе и на занятиях

И среди эстонцев, и среди жителей другой национальности использование в свободное время другого языка, соответственно русского или эстонского, сократилось. Использование эстонского языка среди представителей другой национальности снизилось с 50 до 33%. Таким образом, эстонцы и жители другой национальности все больше общаются в свободное время в своем языковом пространстве и проводят в нем свободное время, но в связи с работой и учебой больше пользуются и другими языками.

Среди эстонцев с носителями других языков общаются почти в равной степени все возрастные группы, но среди жителей другой национальности
больше всего контактов с эстонцами у самой молодой группы (с 15 до 34 лет).

По оценке авторов исследования, такая тенденция дает надежду на то, что молодежь другой национальности лучше интегрируется с эстонцами, и жители Эстонии разных национальностей в будущем станут чаще
общаться между собой. Люди разных национальностей тесно общаются друг с другом на работе и в школе, а также если они являются соседями. Намного меньше контактов вне национальной группы в семье, в свободное время и в интернете, хотя общение в интернете в 2020 году значительно возросло.

Для русскоязычных людей эстонский язык менее важен как средство общения, но владение им они ценят почти наравне с эстонцами, поскольку он нужен для получения хорошего образования и работы.

Отношение к важности эстонского языка. Автор: Integratsiooni monitooring 2020

Русские относятся к эстонцам лучше, чем эстонцы к русским

При анализе отношения к разным языковым группам выяснилось, что жители другой национальности относятся к людям, для которых эстонский язык является родным, лучше, чем эстонцы относятся к говорящим на русском языке.

При этом в период с 2010 года отношение жителей Эстонии к близкому контакту с людьми с другим родным языком стало более благоприятным, независимо от национальной группы.

Так, жизнь по соседству с людьми, для большинства из которых родным языком является эстонский, в 2010 году положительно воспринимали 58%, а в 2020 году - уже 72% людей другой национальности. Среди эстонцев ничего не имеют против русскоязычных соседей 44% (в 2010 году их было всего 23%).

С конца 1990-х годов целью национальной политики Эстонии стала интеграция общества на базе расширения сферы использования эстонского языка, и хотя интеграционный процесс остается неравномерным по регионам и возрастным группам, в целом в обществе преобладают позитивные тенденции единства, особенно среди молодежи.

К такому выводу пришли авторы опубликованного в понедельник "Мониторинга интеграции-2020".

В исследовании выделяются три основных этапа интеграционного процесса в Эстонии.

До 1991 года в Эстонии существовали параллельные общества с сильной сегрегацией эстоноязычного большинства и русскоязычного меньшинства по месту проживания, сфере работы, системе образования, социальных контактов и пр. Однако на конец 1980-х годов две языковые группы были в относительно равном положении в сфере образования и возможностей на рынке труда из-за эгалитаризма советской системы.

В 1990-е годы после восстановления независимости Эстонии государство сосредоточилось на установлении национальной государственности, и эстонский язык стал доминирующим как формально, так и по существу. При этом увеличилась сегрегация и социальное неравенство двух языковых общин.

С конца 1990-х годов целью национальной политики стала интеграция общества с расширением сферы использования эстонского языка и перевода системы образования на эстонский язык. По оценке авторов исследования, несмотря на серьезные региональные и возрастные различия, в целом в обществе преобладают позитивные тенденции единства, особенно среди молодежи, хотя неравенство на рынке труда и в политике в основном сохраняется.

Владение эстонским языком улучшается

Уровень владения эстонским языком среди русскоязычного населения, по его собственным оценкам, увеличился с 14% в 1989 году до 32% в 2008 году и 41% в 2017 году, и за последние четыре года остался на этом уровне. При этом в 2020 году эстонским языком владели 62% людей в возрасте до 34 лет, а в возрасте от 65 лет и старше - всего 27%.

Эстонское общество скорее остается сегрегированным по национальному и языковому признаку, потому что в свободное время люди, как правило, общаются в собственной языковой среде, отмечается в исследовании. Эстонский язык в основном используется на работе или в школе.

Тем не менее, молодые люди, говорящие дома на разных языках, общаются между собой примерно в два раза чаще, чем в старшей возрастной группе.

Перемены в информационном пространстве

В медиапространстве Эстонии среди русскоязычных жителей ослабевает влияние российских медиаканалов и растет значимость местных русскоязычных изданий, в первую очередь интернет-медиа и национального телерадиовещания.

Кроме, разные национальные группы все больше пользуются одинаковыми социальными сетями. Среди русскоязычных жителей Эстонии значительно сократилось использование российских соцсетей, на смену которым пришли всемирные сети.

Язык обучения в системе образования

В центре политики Эстонии в области образования стоит реорганизация полученных в наследство от советских времен параллельных школьных систем в единую систему образования, и этот процесс начался сразу после восстановления независимости.

По оценке авторов исследования, наиболее важным показателем здесь является растущая поддержка населением как раннего обучения эстонскому языку, так и образования на эстонском языке. Так, в 2020 году, начало обучения на эстонском языке уже в детском саду поддерживали 81% эстонцев и 66% респондентов другой национальности. Если к варианту начала обучения на эстонском языке в детском саду добавить то же самое на уровне основной школы, то поддержка вырастает еще больше.

Тем не менее, в отношении реорганизации школьной системы в обществе нет единства, и преобладающая часть эстонцев предпочитает базовое образование только на эстонском языке.

Государственная идентичность

В мониторингах интеграции с 2015 года используется понятие государственной идентичности, понимаемое как поддержка принципов национального государства и принципов государства граждан. Идентичность, в свою очередь, делится на слабую, среднюю и сильную. Среди эстонцев если доля носителей слабой и сильной идентичности составляет около 20%, а средней - около 60%, и этот показатель не меняется последние четыре исследования.

Среди русскоязычных жителей Эстонии доля носителей слабой государственной идентичности составляет около 15%, доля среднего показателя 50%, а сильного - почти 40%.

По мнению авторов исследования, это говорит о том, что среди эстонцев и русскоязычных жителей Эстонии царит прочное единство в отношении базовых основ Эстонии как национального государства и государства граждан.

Социально-экономическое неравенство

После перехода к рыночной экономике материальное благосостояние и социально-экономическое положение эстонцев и русскоязычных жителей Эстонии стало заметно отличаться, и эти отличия сохраняются до сих пор. У русскоязычных жителей Эстонии ниже уровень трудовой занятости, выше уровень безработицы, и они оценивают свои трудовые отношения и положение на рынке труда как менее защищенное по сравнению с эстонцами.

Среди русскоязычных жителей Эстонии меньше руководителей и специалистов, и больше низкооплачиваемых работников. На них также сильнее сказались экономические кризисы последних двух десятилетий. Процесс натурализации, который в первые годы после восстановления независимости шел очень быстро, к концу десятилетия замедлился: с 2017 года гражданство Эстонии в порядке натурализации получало менее 1000 человек в год. В это число входят родившиеся в Эстонии дети, у которых оба родителя на момент рождения ребенка являлись лицами без определенного гражданства, и которым теперь гражданство дается автоматически.

Ида-Вирумаа стоит особняком

По оценке авторов исследования, разделение русскоязычного населения на граждан Эстонии, лиц без гражданства и граждан России отражает прежде всего различную степень адаптации людей и разные стратегии проживания в Эстонии.

В контексте интеграции общества Эстонии изолированность и региональное неравенство связаны прежде всего с Ида-Вирумаа. Там многие социально-экономические и демографические показатели значительно хуже, чем в других регионах, и со временем региональные различия скорее усилились.