Какое будущее у символа Эстонии — мясокомбината в Раквере?

Ситуация вокруг мясокомбината в Раквере определенно перестает быть стандартной.

Фото: aripaev.ee

Несмотря на то, что новостей о ситуации вокруг мясокомбината в Раквере много, все они подаются несколько обрывочно, поэтому понять что-то конкретное по этому «лоскутному одеялу» довольно сложно. Тем более, что выводы, основанные на недостаточной информации, легко могут быть абсолютно неверными из-за этой самой информации недостаточности. Тем не менее, Раквереский мясокомбинат — это своего рода государственный символ Эстонии. Пусть и принадлежащий финской компании, но все-таки прежде всего эстонский бренд. Что известно на данный момент?

Два бывших руководителя эстонского HKScan Теэт Соорм и Мати Туви подозреваются Полицией безопасности Эстонии (КаПо) в присвоении и отмывании денег. Один из них — Теэт Соорм является сожителем министра экономики и коммуникаций Кадри Симсон. И это моментально вывело дело на «новый уровень». Ну и добавляет в происходящее неразберихи, так как понять что-то на фоне визга (куда там свинкам) противников центристской партии весьма затруднительно. Впрочем, подобного рода дела, как правило, рассматриваются долго, да и решение суда может быть любым. Так что обворовывали ли Соорм и Туви HKScan и сколько украли, если обворовывали —неизвестно.

Зато известно, что HKScan не очень-то удачно закончила 2017 год — убытки составляют порядка 18 миллионов евро. Впрочем, для оборота в 1,8 миллиарда — это немного. На фоне всей этой вакханалии «взбунтовались» эстонские работники. Не хотят больше работать за эстонские зарплаты. Требования, которые выглядят более чем адекватными, удовлетворять не спешат. Еще бы — профсоюзы какие-то, требования какие-то. В Эстонии все это «левачество» неуместно. Тем не менее, работники и профсоюзы отступать не хотят, их требования уже поддержаны европейскими профсоюзами, прежде всего финскими. И я бы на месте руководства все-таки пытался пойти на компромисс, работники скотобоен — люди опасные.

Но, судя по новостям, руководство HKScan решило действовать другими методами — последовали первые увольнения, есть информация об угрозах увольнением. Кроме того, руководство пытается найти и новых работников, менее требовательных. Повторюсь, работа на скотобойне – тяжелая, поэтому найти-то, возможно, и найдут, но вот надолго ли там люди задержатся с 700 евро зарплаты? Особенно учитывая финские 3400 евро за ту же работу.

Тем временем, в СМИ стали появляться и более «забавные» новости об эстонской мясной промышленности — то Tallegg обвинят в жестоком убийстве «цыплят-петушков», которых бросают умирать на свалках, вместо того, чтобы хотя бы умертвить; то на на Карьямыйзаском мясокомбинате молодых бычков мучают. Более чем вероятно, все это правда, но тем не менее, «любители колбасы» не очень любят рассказы про то, как ее делают.

Тем не менее, выдаваемая «широким потоком» информация может говорить не только о возросшем интересе к теме, но и о том, что эстонскую мясную промышленность ждут некоторые перемены. Причем, сдается мне, что речь скорее всего будет идти не только и не столько об увеличении зарплаты работникам или о соответствии европейским нормам производства. А прежде всего о «перераспределении финансовых потоков». Ведь, как известно, «кушать хочется всегда», даже в «э-государстве», в котором изобрели «Скайп». Кроме того, увеличение стоимости производства мясной продукции скажется и на кошельке эстоноземельца, и на конкурентоспособности эстонского HKScan. Как бы до сокращений дело не дошло.