Кого Эстония любит как мать, а кого как мачеха?

Тысячи людей, уставших от экономического кризиса, покинули Эстонию, чтобы использовать более широкие возможности для поиска работы, а, соответственно и места жительства.

Официальная статистика говорит о более чем 60 тысячах граждан, да-да, речь идет именно о гражданах, живущих вне Эстонии, а на деле эта цифра может быть в два раза больше. Можно прибавить еще десятки тысяч граждан, которые зарабатывают себе на жизнь в Финляндии и каждые выходные приезжают домой на отдых.

Этих людей объединяет общее стремление лучше обеспечить потребности своих семей во время кризиса. Здесь мы имеем дело с классическими экономическими иммигрантами, которых в силу разных обстоятельств мало заботит происходящее в Эстонии. Многие, кто уехал на время, назад возвращаться не планируют и практически навсегда связывают себя с одной определенной страной, куда они отбыли поохотиться, как говорится, за длинным рублем или теперь за евро.

Конечно, в наше ориентированное на материальные ценности время нужно понимать тех, кто не видит для себя перспективы в стране, руководимой крайне либеральным правительством, но возникает вопрос, почему у них, стряхнувших с себя пыль родины, есть право на следующие четыре года выбирать Рийгикогу, если от его решений им ни жарко, ни холодно, в то же время, когда сотня тысяч людей без гражданства, которые день ото дня трудятся на благо Эстонии и честно платят налоги в государственную казну, такой возможности не имеют.

Кому дороже и ближе Эстония? Гражданину, который перебрался в Ирландию или на южное побережье Испании и за эти годы стал там рабочим-иммигрантом, а, может, и завсегдатаем местной полиции, или трудяге, имеющему серый паспорт из-за слишком жестких требований на получение гражданства, но прочно связавшему жизнь своей семьи с Эстонией? Полагаю, что последнему.

Я не ставлю под сомнение право людей поехать на работу за границу, но как понять то, что рабочий-иммигрант Юхан, ощипывающей индюшек в Ирландии — это "свой", а Иван, который в Таллинне работает на стройке или крутит руль автобуса — "чужой", несмотря на то, что всю свою трудоспособную жизнь он провел здесь.

Боюсь, что наше сегодняшнее правительство не соизволит сделать закон о гражданстве более человечным. Надеюсь, новое сделает так, чтобы наряду с уехавшими в чужую страну, которые "проголосовали ногами", получили бы право голоса и те, у кого нет в кармане синего паспорта, но чье сердце, мысли и будущее связано с родиной, с Эстонией.

Игорь Кравченко, член Таллиннского горсобрания, центрист