Успеть до 30. Чем отличились россияне, вошедшие в молодежный список Forbes.

Журнал Forbes опубликовал ежегодный список самых перспективных людей Европы до 30 лет: 30 Under 30. В каждой из десяти категорий (от ретейла до науки и здравоохранения) представлены по 30 человек, которых отбирало жюри. В этом списке, в отличие от рейтинга богатейших людей, капитал не главный критерий. В него попали те, кто меняет свои сферы самыми разнообразными способами.

Читайте ниже интервью с вошедшими в список россиянами Гульназ Хусаиновой и Денисом Федоряевым, а также с Татьяной Кожевниковой, у которой российские корни.

Гульназ Хусаинова, 28 лет

Easysize

Гульназ Хусаинова. Фото: из личного архива

Я получила степень магистра в области маркетинга в Высшей школе экономики. Первый стартап я создала, еще будучи студенткой – в 19 лет: b2b-сервис отслеживал число забронированных столиков в ресторанах и давал рекомендации менеджерам и управляющим, сколько брони стоит ожидать. На проект я получила частные инвестиции, которых хватило на разработку MVP, мне порекомендовали пару разработчиков. Но в ходе разработки мы поняли, что сервис был сырым, а рынок нестабильным – всем нравилось, но никто не хотел платить. Это был конец 2011 года.

После этого я вместе с двумя друзьями открыла интернет-магазин необычных подарков, который назывался The Time Machine. Мы покупали вещи (например, мыло Fight Club) на eBay, Amazon, AliExpress и привозили их в Москву. Тогда мало людей заказывали что-то на зарубежных сайтах, поэтому наш магазин пользовался популярностью. Свою долю я продала партнерам, когда начала Easysize.

Идея проекта появилась в России. Тогда он задумывался как продукт, который позволяет найти правильный размер одежды. Это работает так: Easysize видит, что вы купили футболку в Adidas и сейчас хотите купить футболку в Calvin Klein. Сервис находит всех пользователей, которые купили футболку и в Adidas, и в Calvin Klein такого же размера. И на этом основании алгоритм определяет, какой размер вам надо взять.

В Москве летом 2013 года я познакомилась с Ларсом Бухом, главой Startupbootcamp в Копенгагене. Он порекомендовал подать заявку с этим проектом на селекционную программу. Почти в одно и то же время я получила приглашение от Startupbootcamp в Данию и в Лондон от другой программы. Я решила поехать в Копенгаген, провела там три дня, встретилась с инвесторами, другими стартапами. Мне понравилась атмосфера, и я решила переехать на три месяца. За это время я поняла, что все движется в верном направлении: Дания была правильным рынком.

Там очень просто общаться с людьми: все говорят на английском, нет никакого языкового барьера. Нет никакой бюрократии: в первые дни я спокойно могла написать в LinkedIn какому-нибудь CEO, и мне отвечали. В России приходится проходить через секретарей и ассистентов перед тем, как появится возможность поговорить с нужным человеком. Еще в Дании были примеры успешных стартапов – к примеру, платформа для разработки компьютерных игр Unity. Это было для меня индикатором, что в стране можно создать успешную международную компанию.

Я хотела попробовать свои силы в интернациональном стартапе. В России это было бы сложно сделать. На тот момент многие инвесторы уже не вкладывались в российские стартапы, доступ к капиталу был ограничен. И с персональной точки зрения я хотела чего-то нового для себя, пожить в стране, где чувствовала бы себя более комфортно.

Инвестиции от акселератора были минимальными. По сути, они дают деньги на то, чтобы ты мог существовать первые три месяца, потом полгода я использовала свои сбережения – в пределах семи-десяти тысяч евро. Всего мы привлекли три раунда инвестиций. Все они пришли от международных бизнес-ангелов и синдиката ангелов. В основном деньги были из США, Индии, Сингапура, Франции, Великобритании, Швеции и Дании.

После того как мы пообщались с интернет-магазинами и покупателями, мы решили изменить продукт. Стало ясно, что вещи возвращают не из-за неправильных размеров или плохого качества. Причина в том, что покупатели любят использовать 15–30 дней на возврат для того, чтобы надеть одежду пару раз, например, на вечеринки, и отправить ее обратно в магазин. Сейчас Easysize – это сервис, который определяет, что и кем будет возвращено в интернет-магазинах. Каждый раз, когда покупатели добавляют товар в корзину, мы определяем потенциальный риск и возможную причину возврата.

Мы смотрим, что до этого было куплено и возвращено, пытаемся найти всех пользователей в нашей базе данных с похожим поведением. Когда мы интегрируемся в магазины, получаем доступ к истории их заказов за последний год. Она приходит к нам без персональной информации, но мы просим магазины захешировать электронный адрес покупателей. Мы не видим конкретный адрес, но из-за того, что все магазины пользуются одной технологией шифрования, можем найти одинаковые имейлы во всех магазинах. На основании этого мы создаем профайл внутри нашей системы. Мы работаем с крупными магазинами в Европе и в Индии. Крупнейший европейский клиент – это французский Vente-Privee. Индийский – интернет-магазин Flipkart.

Есть два похожих на наш международных сервиса. Но мы ориентируемся только на одежду, а они – на все. Еще Easysize дает магазину сигналы в реальном времени. То есть когда человек что-то добавляет в корзину, мы определяем вероятность возврата. Остальные сервисы предоставляют статистику постфактум. На данный момент у нас уникальная позиция.

В 2017 году мы были полностью сфокусированы на увеличении количества пользователей, и вся выручка и инвестиции направлялись на эти цели. Сейчас у нас около 10 миллионов пользовательских профилей и мы планируем увеличить это число в три-четыре раза в течение этого года. На 2018 год основная задача – увеличить количество онлайн-магазинов и выйти на окупаемость. Мы активно развиваемся в Европе и Азии и хотим укрепить наши позиции на этих рынках.

Для меня было сюрпризом найти свое имя в списке Forbes. Прошло четыре года с основания компании. За это время много стартапов запускалось, умирало. И то, что мы еще существуем и работаем с магазинами, помогаем им улучшить ситуацию с возвратом, – это показатель, что мы на правильном пути.

Татьяна Кожевникова, 28 лет

Artefact London

Татьяна Кожевникова. Фото: из личного архива

Я выросла в Алма-Ате, мой отец родился в Томске. Я с детства учила китайский и в какой-то момент поехала в Китай, чтобы довести его до ума: ходила на языковые курсы и заодно готовилась к поступлению в университет. Однако во время поездки в Лондон у меня завязались отношения с молодым человеком, и я решила, что получить образование могу и там: я пошла на международный бизнес и финансы.

В Лондоне я нашла работу в крупной фармацевтической компании, где провела четыре года. На мысль заняться индивидуальным пошивом навел мой муж: мы не могли найти ему подходящий костюм. Не подходили ни те, что продавались в магазинах, ни те, что шили в ателье. После этого я начала смотреть, что происходит на рынке.

В Лондоне очень конкурентный рынок. Но тем не менее мастерские устарели: можно пройти по Сэвил-роу и посмотреть на костюмы по пять тысяч фунтов, которые висят как квадратные мешки. Это бизнес пожилых мужчин, их сайты, брендинг, мастерские соответствующие. Из-за этого молодежь не хочет шить костюм по индивидуальным меркам.

Я решила подойти к делу иначе: придумать другой брендинг, иначе сделать мастерскую. Через друзей я познакомилась с немецкими предпринимателями, которые стали моими партнерами. Они помогают мне с технологической частью и контролируют пошив в Португалии. Стартовый капитал был около 75 тысяч фунтов. За четыре года, что я работала в фармацевтической компании, мне удалось немало отложить. Еще помогала семья, муж.

Первой проблемой, с которой я столкнулась, было отсутствие связей в этой индустрии. Когда я пришла к известным поставщикам ткани и сказала, что хочу закупать ее, мне отказали. Меня не воспринимали всерьез, пока я не сняла офис, не начала приглашать всех на переговоры. Для поставщиков ткани предоставлять образцы – затратно, и изначально они не верили, что у меня будет достаточно заказов.

Я потратила тысячи фунтов на дизайн сайта, но он оказался совсем негодным. Дизайнер, которую мне порекомендовали, не смогла придумать вариант, который бы привлекал клиентов. Я полагалась только на рекламу в интернете и на то, что люди будут приходить через сайт. Но посетители не звонили и не писали. Нет смысла рекламировать сайт, который не конвертирует посетителей в покупателей. Пришлось самой учиться веб-дизайну, экспериментировать. Ушел не один месяц, чтобы переделать сайт так, чтобы люди начали звонить и записываться на примерку. Подвел и дизайнер интерьера. Он обещал закончить за две недели ремонт студии, но в итоге просто улетел в другой город.

В Лондоне можно купить костюм по индивидуальным меркам и за 500 фунтов, у меня цена начинается от 770. Но там дешевые китайские ткани, примитивная схема индивидуального пошива. Если брать само изделие, использованные ткани и фурнитуру, то в среднем в Лондоне костюмы дороже, чем в Artefact, на 30–40%. На Сэвил-роу – в пять-шесть раз.

Снизить цены удалось благодаря экономии на аренде студии. Как правило, у портных на первом этаже есть магазин. Я решила, что в этом нет смысла, потому что люди все ищут онлайн. Несмотря на то что студия находится на первом этаже, я не полагалась на прохожих – это не моя аудитория. Тот, кто хочет купить костюм индивидуального пошива, в первую очередь посмотрит онлайн.

В моей студии висят пиджаки разных размеров, 12 самых основных. Я подбираю его под размер клиента, потом смотрю, где нужно укоротить или, например, изменить угол наклона плеч или изгиб спины. В электронном виде хранится вся информация об этих пиджаках: их длина, ширина. Поэтому лекала я меняю сразу в программе, которая принадлежит партнерам из Германии. Готовое изделие приходится корректировать очень редко – только если у клиента изменился вес. Затем все данные отправляются в Португалию, где ткань вырезается лазером, а не ножницами. Это гораздо быстрее и точнее. Портным же на Сэвил-роу нужно, чтобы клиент пришел на примерку 3–4 раза.

На окупаемость магазин вышел на седьмой месяц работы. Очень много людей пришли из инстаграма. Много и тех, кто раньше покупал костюмы на Сэвил-роу, но решил попробовать что-то новое. Есть и те, кто не живет в Лондоне, а изредка приезжает в город. Они приходят ко мне, я снимаю мерки, а потом просто просят отправить им костюм. Приходилось отправлять в Америку, Африку, Сингапур. Средний возраст клиента – 30–45 лет.

Честно говоря, я не чувствую себя влиятельной. Каждый день столько проблем, что нет времени думать о том, что написал Forbes.

Денис Федоряев, 29 лет

Blazar Capital

Кристиан Арнстедт и Денис Федоряев (справа). Фото: пресс-служба Blazar Capital

Я родился в Новосибирске. В 16 лет переехал в Москву и поступил в МГИМО на факультет «Международные экономические отношения». Вступительные экзамены я не сдавал, меня зачислили автоматически после победы на Всероссийской олимпиаде по экономике. Еще во время учебы на бакалавриате я решил, что хочу поступить в магистратуру за границей. Я подавал заявки во многие университеты, среди них были Оксфорд, Кембридж, Копенгагенская школа бизнеса. Офферов было много, но я выбрал Данию. Уже на третьем курсе я знал, что поеду туда после бакалавриата.

В Копенгагенской бизнес-школе я учился на программе Advanced Economics and Finance. Она сильнее других была ориентирована на научно-исследовательскую деятельность и даже чем-то похожа на Ph.D. Всего на курсе учились 18 человек. Мне была интересна научная деятельность, так как у меня математический бэкграунд: мои родители – доктора наук по математике. Но во время учебы в магистратуре я понял, что хотел бы написать диссертацию о бизнесе. Мы с однокурсниками разработали новую модель для оценки оптимальной капитальной структуры для компаний. Если объяснять по-простому, мы построили теоретическую модель, которая помогает смоделировать комбинацию долговых обязательств и акционерного капитала максимально близко к реальности. Существующие модели из-за математических ограничений часто дают результаты, которые далеки от реальности в бизнесе.

Я шесть лет проработал в копенгагенском офисе McKinsey – там мне и пришла идея Blazar Capital. Компанию мы основали в августе 2017 года вместе c моим бывшим коллегой Кристианом Арнстедтом – мы решили, что можно применить наш опыт в деле. Мы давали советы компаниям, как нужно разработать стратегию, как ее правильно внедрить. Но зачастую не видели, как все эти идеи воплощаются в жизнь.

Наш план был в том, чтобы открыть свое дело, где мы бы могли контролировать весь процесс ведения бизнеса. Мы не хотели начинать с софта, как это делают многие предприниматели, и решили создавать физические потребительские товары. Blazar Capital – это «фабрика стартапов». Венчурные фонды находят идеи, вкладываются в команды, а мы создаем бренды, инвестируем в них, разрабатываем бизнес-модели, находим производителей, дизайнеров. Потом нанимаем предпринимателей с большим опытом, профессионалов из консалтинга и банковской индустрии, у которых есть опыт ведения крупных проектов.

У нас в портфеле есть два бренда. Первый – это часы Nordgreen, второй – очки Jamie Looks. У Nordgreen уникальный скандинавский дизайн, его разработал дизайнер Джейкоб Вагнер, который работал с брендами Bang & Olufsen и Montana. Также каждый покупатель часов сможет поддержать разные социальные проекты – ему достаточно будет ввести на сайте их серийный номер. Nordgreen будет реинвестировать в трех направлениях: образование, здравоохранение и окружающая среда.

Над дизайном Jamie Looks работал Ли Заро, который разработал коллекцию Warby Parker – самого успешного американского стартапа в сфере очков. При изготовлении используются материалы высокого качества. Ацетат (полимерный термопластик) для оправы закупается у самого известного в мире производителя – Mazzucchelli.

Наша продукция продается в несколько раз дешевле, чем у конкурентов, потому что они работают через оптовиков и магазины. Каждый раз, когда в структуре поставок появляется третье лицо, происходит удвоение цены. Например, мы продаем солнцезащитные очки за €100, а конкуренты отдают товар такого же качества за €300–400.

Мы изучаем и другие категории, одна из идей – создать ювелирный бренд. Реализовать можно любую вертикаль потребительских товаров. Blazar Capital старается выбирать большие категории, которые растут как минимум на 5–7% каждый год. В компании есть команда, которая анализирует новые сферы, в которых мы будем выпускать бренд. Когда мы его начинаем, уже знаем, что будет спрос, существует стратегия. Мы планируем, что в следующие 3–5 лет у нас в портфеле будет 10–20 компаний. Это будут независимые бренды, которые будут продаваться онлайн. Мы рассчитываем, что все наши бренды выйдут на самоокупаемость за 6–12 месяцев после запуска.

В первые бренды мы проинвестировали свои деньги и средства одного частного инвестора. На один стартап уходит в районе $500 тысяч. Nordgreen мы начали примерно тогда же, когда основали Blazar Capital, – полгода назад. Первые продажи начались в январе, и за три недели было продано часов на $200 тысяч, спрос растет каждый день. В качестве платформы для предзаказов мы использовали Kickstarter – он был полезен для расширения покупательской аудитории.

Думаю, что смог бы выстроить бизнес и в России: в Дании я остался только потому, что здесь у меня появилась девушка. В России очень много возможностей, экономика относительно Европы новая. Единственное, что проще делать в Европе, – это быть более глобально ориентированным, например с точки зрения логистики.

Мы очень обрадовались, когда попали в список Forbes. Но конечно, впереди много работы. И компания пока только в самом начале пути.