Сказка о стервятниках: почему эстонские «гадкие утята» никогда не станут лебедями

Принято считать, что каждый народ заслуживает своих правителей. Но что, если на грядущих выборах сломать привычную колею и поступить иначе? Стоит хотя бы ради эксперимента посмотреть, что произойдет со страной, если не отдать ни единого голоса реформистам и соцдемам. Попытка ведь не пытка, размышляет публицист Юри Котшинев.

Иллюстративное фото: Objektiiv.ee

В классической сказке о гадком утенке любые невзгоды и злоключения вели к счастливому финалу: неказистый птенец в итоге вырос в прекрасного белоснежного лебедя, которым искренне восхищались и которому завидовали все обитатели птичьего двора — от уток до спесивых гусей.

На эстонской политической сцене происходящее тоже порой напоминает сказочный сюжет, вот только финал у него оказывается далеко не столь благополучным. В спектаклях, которые разыгрывают перед избирателями государственные мужи и народные избранники, в решающий момент не появляется благородный герой. Никто не спешит восстановить справедливость, вернуть законность и призвать к ответу зарвавшихся персонажей. Местная реальность куда мрачнее: на наших глазах гадкий утенок превратился не в гордую птицу, а в ненасытного стервятника.

Когда для цементирования власти всесильной Партии реформ потребовалось создать искусственную партию Eesti 200 — исключительно ради того, чтобы удержать реформистскую коалицию у руля на максимально долгий срок, — новички выглядели именно таким гадким утенком. Их единственным лозунгом и главным предвыборным флагом стал пресловутый «долгий план». Вся стратегия сводилась к неприкрытому посланию обществу: не ждите от нас скорых результатов, наши горизонты устремлены в далекое будущее, плоды которого созреют лишь спустя десятилетия. Позиция оказалась на редкость удобной, ведь она заранее лишала граждан всякой возможности оценить плоды трудов этих политиков.

Однако жизнь распорядилась иначе. Итоги суеты, затеянной партией Eesti 200 рука об руку со своим старшим братом в лице реформистов, вылезли наружу гораздо раньше обещанных десятилетий. Рассуждения о стратегической перспективе мгновенно мутировали в сиюминутную, откровенно мародерскую налоговую политику и самоуверенное продавливание сомнительных инициатив. Достаточно вспомнить идею превратить Тартускую тюрьму в гостиницу для шведских заключенных, провальные школьные реформы министра по имени Кристина Каллас или опереточные вылазки главы МИД Маргуса Цахкны в Грузии.

Точно такая же метаморфоза произошла и внутри самой Партии реформ, когда к штурвалу пришла молодая поросль функционеров. На смену зубрам политики вроде Сийма Калласа и Андруса Ансипа высадился десант «энергичной молодежи»: Таави Рыйвас, Кая Каллас, Ханно Певкур, Март Вырклаэв, Сигне Рийсало, Эркки Кельдо и прочие партийные активисты. Прекрасными лебедями они тоже не стали. Вместо этого страна получила стаю падальщиков, чьи непрекращающиеся бюджетные сокращения во всех жизненно важных сферах лишили людей спокойного сна и подвели общество к грани нервного срыва. Бок о бок с молодым строем марширует и представитель старой школы — вечно хулиганствующий «мультиталант» Юрген Лиги, чье агрессивное поведение лишь подтверждает общее правило.

Социал-демократы, которых правящий тандем без лишних церемоний выставил за порог коалиции, точно так же заслужили сравнение с птенцами, обернувшимися стервятниками. Когда-то тогдашний лидер соцдемов и спикер Рийгикогу Эйки Нестор представил публике начинающую чиновницу по имени Рийна Сиккут, отрекомендовав ее коротко: «Это прирожденный социал-демократ». К такому определению нечего добавить — диагноз и так предельно ясен.

В рядах этой партии тоже сменились поколения. Место товарищей Марью Лауристин, Андреса Таранда и Эйки Нестора заняли новые машинисты «красного поезда»: Евгений Осиновский, Пирет Хартман и Лаури Ляэнеметс. После прошлых парламентских выборов эти птенцы быстро договорились с реформистами и их сателлитами из Eesti 200, получив заветные кресла в правительстве. Они заседали в кабинетах ровно до тех пор, пока старшие партнеры не выбросили их вон в тщетной надежде остановить падение собственного рейтинга. Соцдемы обиду затаили и теперь терпеливо ждут реванша на предстоящих весенних выборах. Но пока они оставались у власти, аппетиты у них были ничуть не меньше, чем у партнеров по коалиции.

Казалось бы, логичный шаг в завершение этой статьи — призвать граждан сделать выводы и вычеркнуть из своих избирательных списков реформистов, социал-демократов и представителей Eesti 200. Но социологические опросы показывают реальную картину: избирательный порог рискует не преодолеть лишь партия Eesti 200. Реформисты вместе с соцдемами уверенно пройдут в новый состав Рийгикогу и при достаточном количестве мандатов снова с удовольствием сформируют правящий альянс.

Дело тут вряд ли ограничивается пресловутым электронным голосованием, на которое привыкли списывать любые электоральные аномалии. Жители страны попросту привыкли раз за разом сажать этих деятелей себе на шею — и в замке Тоомпеа, и в доме Стенбока. Правящая верхушка со свитой может творить с населением все что угодно. Такие персонажи, как Кармен Йоллер и семейство Каллас, могут открыто насмехаться над собственными избирателями, а лай Юргена Лиги не прекращается годами — и все равно граждане упорно желают снова видеть их во власти.

Откуда берется эта поразительная наглость и железобетонная уверенность в разговорах с избирателями? Ответ кроется в каркасе, выстроенном местным глубинным государством. Именно эта конструкция позволяет закулисным фигурам навязывать свою волю через послушные партийные инструменты. Кто управляет самим этим аппаратом — тема отдельная.

Реформисты уже даже не пытаются скрыть ощущение абсолютной безнаказанности. Оно сквозит в каждом публичном выступлении, в телеэфирах и на правительственных брифингах, где премьер-министр с неприкрытым пренебрежением и менторским тоном отчитывает прессу, демонстрируя, на каких недосягаемых высотах она парит над простыми смертными.

Йодлирование (Йодлирование — это вокальная техника, при которой певец стремительно переключается между грудным и фальцетным регистром, создавая характерные «переломы» звука) Кармен Йоллер и выпады Юргена Лиги давно превратились в фирменный почерк реформистов. Выступления министров — Лийсы Пакосты, Маргуса Цахкны и Кристины Каллас — тоже стали отдельным партийным брендом. Их посыл неизменен: они искренне считают себя самыми умными, красивыми, смелыми и лучшими руководителями для этой страны. Люди тем временем возмущаются, клянут власть, но на участках снова голосуют за прежних хозяев. Круг замыкается.

Возможно, каждый народ действительно заслуживает своих правителей. Но почему бы не попробовать поступить иначе на грядущих выборах? Просто посмотреть, что произойдет, если реформисты и соцдемы не получат голосов. Рискнуть определенно стоит.