Нарва глазами древних путешественников

Нарву глазами современных туристов мы уже видели не раз. Давайте в этот раз почитаем и посмотрим с помощью картин, экспонировавшихся в прошлом году в художественной галерее, какие впечатления оставляла древняя Нарва у путешествующих особ.

Читайте также: Вид на Нарву и Ивангород на старинной гравюре

Через приграничную Нарву, расположенную на пересечении торговых путей между Западом и Востоком, пролегал путь многочисленных путешественников: купцов, дипломатов, военных, писателей, ученых и царствующих особ. Всегда интересно взглянуть на свой город глазами людей, впервые увидевших его, будь то современные туристы или очевидцы давних событий.

Как писал рыцарь Гильбер де Ланноа 

Впервые поселение Нарвия упоминается в “Датской поземельной книге” в 1240 году. К 13 веку относятся и первые упоминания об укрепленном замке. В 1345 году указом датского короля Вальдемара IV Аттердага Нарве были предоставлены городские права. С середины 14 до середины 16 веков город находился под властью Ливонского Ордена.
Одним из первых мемуаров, в котором упоминается Нарва, вероятно, следует считать сочинение рыцаря Гильбера де Ланноа «Путешествия и посольства». В 1413 году де Ланноа, советник и камергер герцога Бургундского, совершил поездку в Новгород и Псков. Путь его проходил через Ригу, Вильянди и Нарву. Сведения рыцаря о нашем городе очень лаконичны и умещаются в два предложения: «…А оттуда (из Вильянди - авт.) проехал через укрепленный город, коммандорство и замок, расположенный на границе Руси и именуемый Нарвой, лежит он на реке Нарове, которая велика; от нее город получил свое название. И разделяет эта река здесь земли Ливонии и земли Руси, принадлежащие господам Новгорода Великого».

Надо отметить, что в ранних дневниках и воспоминаниях о Нарве больше даются историко-географические данные, чем описывается облик и жизнь города. В основном это сведения проезжавших купцов и дипломатов.

«Увеселений нам хватало»

Одно из первых подробных описаний Нарвы относится ко времени шведского правления и принадлежит Адаму Олеарию, секретарю посольства, посланного шлезвиг-голштинским герцогом Фердинандом III в Россию и Персию для установления торговых связей.
Вот что пишет Олеарий о пребывании посольства в Нарве: «3 января 1634 г. мы прибыли в Нарву и остановились у Якоба фон Кёллена, видного местного торговца и трактирщика. Здесь мы, из-за долгого неприбытия шведских господ послов, прождали в большой досаде до 22 недель. Впрочем, нельзя сказать, чтобы у нас тут недоставало увеселений для препровождения времени. Мы не только ежедневно устраивали княжеский стол с хорошим угощением и порядочною музыкою, но и ездили на различные важные пиршества, а также приглашались и уводились в поездки верхом и на охоту».
Из книги Олеария мы узнали, что в 17 веке в окресностях Нарвы водилось большое количество хищников, которые нападали на людей.
Олеарий описал любопытный случай, произошедший, когда посольство в 1639 году возвращалось из Персии в Голштинию вместе с одним персидским шахом:
«В последнее число марта послы с султаном въехали в Нарву. Султан был помещен у магистратского советника Иакова Мюллера. Когда у дверей его собралось много людей, особенно женщин, чтобы посмотреть, как жена персиянина будет выходить из закрытых саней, султан был так сильно раздосадован, что он готов был скорее выехать из города, чем показать свою жену... Поэтому пришлось убрать весь народ, пока жена его выходила из саней. После этого султан во всех местах подводу с женщинами ставил близко к месту остановки и обвешивал весь промежуток от телеги до дверей платками, между которыми его жена с ее прислугой входили и выходили, никому не показываясь».

Переименован в Божий бреж

Нарва 18 века, входящая в состав Российской империи, описана Юстом Юлем, датским посланником при русском дворе. Например, вот как он пишет о загородном доме генерал-губернатора Нарвы Александра Меньшикова: «Князь Александр Данилович Меншиков владеет под Нарвою весьма красивым садом, (разбитым) в местном вкусе. (Сад) расположен в глубокой долине между двумя высокими скалами. Мимо (этих скал) протекает та (самая) река, которая отделяет Нарву от Ивангорода. В саду есть прекрасная оранжерея со многими узкими отделениями, снабженными каждое печкою. Я заметил, что в каждом (отделении) имеется по отдушине для регулирования температуры. В саду есть также много красивых сводчатых ходов из зелени».
В городе посланник датского короля пробыл с сентября до ноября, ожидая встречи с Петром I. В первую очередь в Нарве Юст Юль осмотрел укрепления города, после чего он записал: «Нарва укреплена так хорошо, что может считаться одною из сильнейших крепостей в Европе. Крепость снабжена несколькими прекрасными бастионами: имена их были написаны по-латыни на столбах, нарочно для того поставленных шведами. (Впоследствии) те же имена по приказанию царя приписаны внизу по-русски.
Один из бастионов, первоначально названный шведами “Ho-nor”, переименован царем в “Божий Бреж”, т. е. Божий пролом или (Божья) брешь, так как за несколько дней до штурма он сам собою, без того чтоб по нем был сделан (хотя) один выстрел, рушился до (основания). Через это царь получил возможность ускорить приступ, а потому по взятии города, когда он возобновил бастион, (он) назвал его вышеприведенным именем в воспоминание сей счастливой случайности, посредством (которой) Бог предал город в его (руки). С восточной стороны по распоряжению царя действительно была пробита брешь орудиями, расставленными на противоположном берегу реки, ибо городские стены стоят у самой реки, чрез которую (впоследствии? царем?) был наведен мост. Эту брешь царь тоже велел заделать и соорудил на ее месте великолепные ворота, украшенные его гербом».
Юст Юля очень удивил ритуал, существовавший в городе: «Когда в (Нарвской) крепости генерал-адмирал, обер-комендант или генерал-майор Брюс выходили (из дому), то не только при собственных их караулах (ибо каждый имеет у дверей караул по меньшей мере из 20 человек), но и при всех (тех) караулах, мимо которых они проходили, били в барабаны - (почесть), оказываемая в Дании только (особам) королевского дома».
В свой дневник Юст Юль записал даже легенду, рассказанную им жителями города: «Начиная от города и на протяжении полумили за город река, протекающая мимо Нарвы, (имеет) с обеих сторон высокие скалистые (берега), у основания которых вода образовала пещеры с отверстиями вроде печных устий. В такие пещеры обыватели частью перед осадою города, частью (перед тем), как их увели из Нарвы, надо полагать, спрятали и замуровали большое количество золота, серебра и денег. Лица, заслуживающие доверия, говорили мне, что в эти пещеры несомненно запрятано больше (богатств), чем можно бы предположить».

Особо впечатлял водопад

Свои впечатления о Нарве оставил русский поэт и писатель Александр Николаевич Радищев. В 1788 году, совершая деловую поездку по Петербургской губернии, с целью изучения ее экономического положени, он посетил город. Особо впечатлил Радищева, как и многих путешественников, нарвский водопад и мост через Нарову.
А вот отрывок из путевых заметок русского историка, статиста и географа Константина Ивановича Арсеньева: «… С перваго взгляда на Нарву видно, что построение ея принадлежит временам отдаленным, когда личная безопасность жителей не была еще обеспечена законами благоустроенного общества. Высокие, построенные из плит, дома образуют узкие, кривые улицы, окна же жилых покоев сначала обращены были на дворы, и только в последнее время наружность домов получила вид более приличный. Кроме четырех мостов, устроен в Нарве мост на гранитных столбах, великолепный и замечательный из произведений в этом роде: мост этот соединяет Иван-город с Нарвою». В 1832-1833 годах он вместе с цесаревичем Александром и поэтом Василием Жуковским путешествовал по городам России. Нарва была одним из тех городов, который они посетили.

Нарва 19 века связана с именами многих поэтов и писателей. Так поэт Петр Вяземский, восхищенный красотой и величием Нарвских водопадов, написал известное одноименное стихотворение. В Нарве останавливались также поэты Константин Батюшков, Александр Грибоедов, Антон Дельвиг и другие. Поэт, писатель и общественный деятель Вильгельм Кюхельбекер в сентябре 1820 года, в должности секретаря обер-камергера А.Л. Нарышкина выехал за границу. Путь его из Петербурга в Германию лежал через Нарву. Поэт вместе со своими спутниками совершил экскурсию по городу, впечатления от которой он записал в своих путевых заметках: «Нарва после Санкт-Петербурга производит на душу странное впечатление. Улицы, и сверх того главные, уже нашего грязного переулка; дома высокие, готической архитектуры, с надписями и изречениями из священного Писания. Вид города чрезвычайно живописен: развалины Иван-города как будто еще и теперь, подобно привидениям воителей, устрашают Нарву... Мы осматривали достопримечательности Нарвы: дом Петра Великого, где хранятся башмаки его работы и два экземпляра его знаменитой дубины; церковь русскую, бывшую некогда католическою, потом лютеранскую, и немецкий собор святого Петра. В последнем мы нашли гробы многих именитых граждан города Нарвы, живших в первой половине 17-го столетия. Надгробные камни покрыты эмблемами и надписями, напоминающими тленность всего земного”.

Бальзаку нарвская минога не понравилась

Обратим внимание еще на один путевой дневник, а именно, на заметки русского скульптора Николая Рамазанова, отправленного в 1843 году Академией художеств в Италию. Этот дневник интересен тем, что спутником скульптора был известный французский писатель Оноре де Бальзак. Вот что пишет Рамазанов: « Первыми приятными впечатлениями для наших глаз был Ямбург. Нарва уже поразила нас особенностью своей архитектуры. Вам известна жадность, с которою мы обогащаем свои альбомы в поездках; около Нарвы встречались местечки, которые напрашивались на карандаш... В Нарве, в трактире “Петербург”, где мы остановились завтракать, ехавший с нами знаменитый романист Бальзак любопытствовал узнать, какое блюдо нам подали. Я назвал: миноги, и он, рассмотрев их пристально, сделал гримасу, которую можно безошибочно перевести на русский язык словами: фу, какая бяка! Миноги были началом моего с ним знакомства».
Через Нарву в Россию проезжал известный композитор Роберт Шуман. Связан с Нарвой и начальный период творчества всемирно известного художника Марка Шагала. В 1923 году через наш город за границу проследовал Федор Шаляпин. Известный оперный певец дал концерт в Таллинне, так как Нарве не хватило денег заплатить за концерт. Зато в 1927 году в кинотеатре «Скейтинг» дал два концерта Александр Вертинский - композитор, поэт и певец.
Можно и дальше продолжить этот список, привести выдержки из дневников, путевых записок и рассказов, но я остановлюсь на этом.

Ирина Солодова,
заведующая библиотекой Нарвского музея