О свободе перемещения или Как гражданина ЕС депортировали в Россию

Пишет Виктор Гущин, историк из Латвии: 20 сентября на комфортабельном автобусе компании Lux Express я отправился из Риги в Санкт-Петербург. Автобус Lux Express идет через Нарву. Это старинный город, присоединенный к России во времена Северной войны. Задолго до этого, еще во времена Ливонии, на реке Нарове, на ее правом и левом берегах, были построены две мощные средневековые крепости — шведская Нарвская и русская Ивангородская. Эти крепости возвышаются здесь и сегодня.

Эстонский пункт пограничного перехода занимает территорию автомобильной дороги, которая проходит буквально через самое сердце Нарвской крепости, выходит на автомобильный мост через реку Нарову и идет дальше — на российскую территорию.

Читайте также: Китайские партнеры заинтересованы в сотрудничестве с Нарвой

Паспорта для проверки в нашем автобусе собирала женщина-пограничник, русская жительница Эстонии, которая одновременно пыталась довольно громко шутить едва ли не с каждым пассажиром.

Проверка паспортов заняла около тридцати минут, после чего нам вернули документы, и мы двинулись к российской границе. Было около семи часов утра.

В восемь вечера того же дня автобусом той же компании я выехал из Питера в Ригу.

На эстонском пункте пограничного перехода мы оказались где-то в 23.20. Обычно при возвращении из России эстонские пограничники пограничники просят пройти не только пограничный, но и таможенный контроль. Причем последний, как правило, проводится, очень тщательно.

Но на этот раз водитель нашего автобуса сообщил, что вещи мы можем оставить в автобсусе, а сами должны пройти на пограничный контроль.

Со времени моей последней поездки в Питер на эстонском пункте пограничного перехода произошли значительные перемены. Весь пункт был отстроен практически заново. В просторном и светлом помещении пункта теперь стояли две кабинки, где сидели пограничники. Рядом стояла автоматизированная кабина, куда каждый мог зайти самостоятельно и без помощи пограничника пройти сверку своих документов.

Почти все пассажиры выстроились в две очереди к кабинкам пограничников, но были смельчаки, которые входили и в автоматизированную кабинку.

Положив паспорт на сканер и глядя в «глазок» довольно большой камеры, они дожидались того момента, когда открывались стеклянные дверки с другой стороны, и проходили в другой зал, где собирались пассажиры, прошедшие контроль.

Зашел в автомазированную кабинку и я.

Положив паспорт в сканер, я довольно долго смотрел в объектив камеры, но ничего не происходило. Положил паспорт в сканер еще раз, потом еще раз, результат тот же.

Очереди к кабинкам пограничников быстро уменьшались и вскоре в зале я остался совсем один.

Пограничники пригласили начальника смены. Тот пришел через несколько минут, выпустил меня из кабинки, забрал паспорт и куда-то ушел. Не было его, наверное, минут десять.

Потом он пришел и сказал, что я не могу въехать в Эстонию, так как мне запрещен въезд в эту страну.

Честно говоря, я опешил от такой новости. Сутки назад я спокойно через этот же самый пограничный пункт въехал на территорию России, а теперь выясняется, что вернуться обратно тем же маршрутом я не могу.

Пограничник сказал, что я должен возвращаться в Россию — и уже оттуда, но только не через Эстонию, возвращаться в Латвию.

В ответ я сказал единственное, что мог сказать в подобной ситуации: что у меня нет денег, поскольку не рассчитывал на какие-то дополнительны траты. Поэтому если меня не впускают в Эстонию, то пограничники должны оплатить мне возвращение в Россию и прочие расходы.

Ясноглазый пограничник Тийт Пул (Tiit Pool) сказал, что ничего оплачивать Эстония не будет, и, если будет нужно, меня выдворят в Россию силой.

Тут к нашему разговору присоединился один из пограничников, который до этого сидел в кабинке.

Он подошел к нам и сказал примерно следующее: чего это я ерепенюсь — сказано, что должен возвращаться обратно в Россию, значит, взял вещи и пошел быстро на российскую границу! 

Парень по национальности был русским и его ТАКОЕ вмешательство в разговор меня возмутило. Я довольно резко ему заявил, чтобы он замолчал и не лез в разговор других людей.

Парень тут же осекся и вернулся в свою кабинку. После этого Тийт Пул вновь ушел — готовить документ о моей депортации.

Это заняло еще минут десять. За это время в зал заглянул водитель автобуса, который поинтересовался, как долго ему меня еще ждать. Что ему ответить, я не знал.

После этого я сделал несколько звонков: Иосифу Корену и сотрудникам посольства России в Латвии. Хотел получить совет, как мне себя вести в сложившейся ситуации.

Наконец, пришел Тийт Пул вместе с еще одним пограничником, который никак не представился. Последний дал мне подписать бумагу о моем выдворении.

На мой вопрос, на какой срок мне закрыт въезд в Эстонию, он замешкался и стал смотреть на Тийта Пула.

Тот сказал: «На пять лет!»

Получается, что срок, на который мне закрыли въезд в Эстонию, пограничники определили тут же, сами. 

Прямо-таки какое-то сталинское правосудие. Только не в виде «тройки», а в виде «двойки».

О моих «преступлениях» против Эстонии мне так ничего и не сказали. Просто влепили срок. И все!

После этого Тийт Пул пошел к водителю автобуса и сказал, что он может ехать. Без меня.

Я остался в зале. Мне сказали, что меня посадят на первый же автобус, который идет в Санкт-Петербург.

Примерно через полчаса мне вернули паспорт и посадили на автобус, идущий в Санкт-Петербург, а около пяти часов утра я вновь оказался на Балтийском вокзале, откуда всего лишь несколько часов назад выехал в Ригу.

Спасибо Иосифу Корену, в Питере меня встретил Максим Рева, правозащитник из Эстонии, который уже длительное время проживает в Санкт-Петербурге.

От автобусной станции вместе с Максом мы пешком дошли до Московского вокзала, где я купил себе билет на поезд Санкт-Петербург — Рига.

Возвращаться пришлось в общем вагоне. На большее денег у меня не было.

Но главное не это. Ночью вагон совсем не отпаливался. И холод стоял жуткий. Поезд в Ригу пришел в 9.30. На вокзале меня встретил Иосиф Корен. Если бы не его помощь, я бы не успел на самолет в Варшаву.

Лететь нужно было в этот же день в 14.50, а до этого времени мне нужно было еще съездить домой в Елгаву, собраться.

Иосиф, спасибо ему огромное, сначала отвез меня в Елгаву, а потом в аэропорт.

В Варшаве у меня подскочила температура. День приезда и следующий день я был вынужден провести в постели.

25 сентября пошел в гостиницу Sofitel, где проходила ежегодная конференция ОБСЕ по человеческому измерению, и записался на выступление по теме выборов.

Заседание, где должен был рассматриваться вопрос о свободе перемещения, было запланировано на первую половину дня 28 сентября. В это время я должен был быть уже в Риге, дома.

Организаторы конференции посоветовали опубликовать мое письмо в адрес директора Бюро по демократическим институтам и правам человека ОБСЕ М.Г.Линка и Верховного комиссара по делам национальных меньшинств ОБСЕ А.Торс на странице конференции 28 сентября.

Я так и сделал.