Капитан Кук и аборигены

О том, что аборигены съели Кука, слышали многие. Те, кто знаком с этой историей только по песне Высоцкого, думают, что это произошло в Австралии. Более эрудированные знают, что Кука убили жители Гавайских островов. Но всё равно - съели. По крайней мере, спутники Кука были уверены, что их капитан был съеден, хотя сами этого не наблюдали. Слишком много было косвенных признаков, указывающих на это. И только потом, когда учёные ближе познакомились с обычаями гавайцев, эта версия стала выглядеть сомнительно: гавайцы, вообще-то, людей не ели, почему же для Кука они сделали исключение?

Капитан Джеймс Кук. Джон Уэббер, 1776 (фрагмент картины)

Более близкое знакомство с обычаями аборигенов помогло понять, что они на самом деле сделали с телом Кука, а также прояснить некоторые другие странности этой истории. Я изложу её сначала с точки зрения европейцев, а потом - с точки зрения аборигенов.

Капитан Джеймс Кук совершил два полных и одно незаконченное (точнее, законченное, но уже без него) кругосветное путешествие. И во всех трёх посещал, в том числе, острова Полинезии в тихом океане. Полинезия - это треугольник в Тихом океане к востоку от Австралии, содержащий множество крупных и мелких островов. В юго-западной вершине этого треугольника находится Новая Зеландия, в юго-восточной - остров Рапануи (европейцам он также известен как остров Пасхи), а в северной вершине - Гавайский архипелаг.

Карта Полинезии

Экспедиции Кука длились примерно по несколько лет. Такая длительность стала возможной благодаря самому Куку. До него главным препятствием для долгих плаваний была цинга, которая буквально выкашивала мореплавателей. На диете из сухарей и солонины человек мог продержаться примерно столько, чтобы пересечь Тихий океан с типичной для того времени скоростью. Если же плавание по каким-то причинам затягивалось, начиналась цинга, от которой вполне могло погибнуть до трети экипажа, а у многих выживших выпадали зубы и начинали болеть суставы. Поэтому моряки старались не задерживаться в Тихом океане без особой необходимости.

До открытия витамина C оставалось примерно полтора столетия, но ещё за 15 лет до первой экспедиции Кука шотландский врач Джеймс Линд опубликовал "Трактат о цинге", в котором описал результаты своих экспериментов по лечению заболевших цингой изменением рациона. Главный вывод трактата - фрукты предотвращают цингу. Кук был первым, кто опробовал выводы этой книги на практике. На всех островах, куда он заходил, Кук пытался добыть для своего экипажа как можно больше фруктов (кстати, надо сказать, что на фоне европейцев того времени Кук сильно выделялся своим доброжелательным отношением к аборигенам и крайне редко применял к ним силу, больше полагаясь на взаимовыгодный обмен). Но фрукты долго не хранятся, и Кук нашёл им замену в виде квашеной капусты. Правда, чтобы заставить матросов есть капусту, которая в те времена у англичан отнюдь не считалась лакомством, Куку пришлось пойти на хитрость. Он ввёл капусту только в рацион офицеров. Всего лишь через неделю матросы начали возмущаться, почему это им не дают капусту, и Кук "уступил" требованиям команды. В результате за три экспедиции Кук не потерял ни одного человека от цинги, что было просто неслыханным для того времени.

Одной из задач первой экспедиции Кука была доставка астрономов на остров Таити для наблюдения за прохождением Венеры по солнечному диску. Таити относится к Полинезии, и там Кук смог познакомиться с полинезийской культурой. Острова Полинезии имеют, в основном, вулканическое и коралловое происхождение, а значит, там нет таких привычных для нас ископаемых, как металлические руды, уголь, глина. На некоторых островах нет даже нормальной почвы, поэтому и древесина там большой дефицит. Поэтому материальная культура полинезийцев сильно отставала от европейской и вряд ли могла чем-то удивить Кука. Но он оценил их мастерство в деле мореплавания. Лодки полинезийцев, конечно, не могли сравниться с английскими кораблями, но полинезийцы были очень хорошими навигаторами. Они сохраняли и передавали из уст в уста (письменности и них не было) информацию о маршрутах между островами, течениях, господствующих ветрах и т. п. Одного из таких навигаторов, Тупайю, Кук взял с собой на корабль, и тот смог довести экспедицию не только до близлежащих островов, но и до Новой Зеландии - Кук стал вторым европейцем, посетившим её.

Контакт европейцев и полинезийцев. Рисунок Тупайи

Гавайи Кук открыл во время своей третьей экспедиции. Произошло это в январе 1778 года по пути в Канаду (исследование её побережья и поиск северного пути вокруг Америки были целями этой экспедиции). Сам Кук назвал Гавайи Сэндвичевыми островами - в честь первого лорда Адмиралтейства графа Сэндвича. Неизвестно, наткнулся ли Кук на острова случайно или искал их целенаправленно, получив ранее от них сведения от Тупайи или других полинезийцев. Известно только, что в третьей экспедиции Кука навигаторов-полинезийцев не было.

В тот раз Кук остановился на островах всего на две недели и уже 2 февраля покинул их. С местными жителями установились очень хорошие отношения. В обмен на изделия из металла, который гавайцам до того момента был неизвестен, аборигены снабжали Кука едой, во всём остальном они тоже вели себя дружелюбно. Из-за удалённости от остальных островов Полинезии гавайцы не поддерживали контакт с другими полинезийцами, но их культуры разошлись ещё не очень сильно. В частности, язык гавайцев был сильно похож на другие полинезийские языки, в том числе, таитянский, которым в прошлых плаваниях овладели некоторые члены команды Кука (одним из наиболее заметных отличий гавайского от остальных языков является замена "т" на "к": так, "табу" у гавайцев будет "капу", "тахуна" (название касты ремесленников) - "кахуна", "Тане" (имя одного из богов" )- "Кане", и т.п.). Так что языкового барьера практически не было, англичане легко объяснялись с гавайцами.

После исследования берегов Канады экспедиция вернулась на Гавайи 26 ноября того же года для зимовки. Кука встретили как самого почётного гостя, одарили богатыми подарками (в т.ч. накидкой из красных перьев гавайской цветочницы, которую имели право носить только вожди), на пирах сажали его на почётное место. Продолжался взаимовыгодный обмен, в т.ч. в сексуальной сфере: у гавайцев не было каких-то ограничений на секс для незамужних девушек, чем с удовольствием воспользовались моряки. Отношения между моряками и аборигенами оставались очень дружественными вплоть до самого отплытия экспедиции 4 февраля 1779 года.

Гавайский правитель везёт подарки капитану Куку. Джон Уэббер, 1784

Вскоре после отплытия корабли Кука попадают в шторм, который ломает одному из них мачту. Кук вполне здраво решает, что чем плыть через половину Тихого океана без мачты, серьёзно теряя в скорости, лучше потратить несколько дней, вернуться к дружелюбным аборигенам, купить у них несколько подходящих деревьев, благо что такие на Гавайях росли, и починить корабль. Но когда мореплаватели вернулись, к их удивлению аборигенов как будто подменили. Хотя это был тот же самый остров, откуда несколько дней назад отплыла экспедиция, и те же самые люди, с которыми у команды сложились такие тёплые отношения, теперь не было никаких торжественных встреч, туземцы всячески избегали англичан, не шли ни на какие контакты, зато с удовольствием что-нибудь воровали по мелочи, если предоставлялась такая возможность. Кук не стал докапываться до причин такой кардинальной перемены, а просто приказал срубить первые попавшиеся подходящие деревья. Как мы теперь понимаем, этим он сильно обидел гавайцев, потому что понятие собственности у них уже было хорошо развито, и бесхозных лесов к тому времени не осталось: все леса либо принадлежали кому-то, либо были священными, и их вырубка была нарушением табу. В ответ гавайцы украли шлюпку (ради гвоздей, которые в ней были) и совершили ещё ряд краж помельче. Кук послал к аборигенам матросов, чтобы те вернули украденное, но на матросов напали, и они вынуждены были просто убежать. Тогда Кук вспомнил, как он разбирался с подобными ситуациями на Таити: захватывал в заложники вождя и требовал вернуть украденное - там это срабатывало.

Сначала Кук решил действовать хитростью: он пригласил вождя к себе на корабль. Хотя того и отговаривали идти его близкие, он всё-таки принял приглашение и отправился на корабль вместе в Куком. Но на перед самой посадкой в лодку подозрения взяли верх, и вождь отказался идти дальше. Кук попытался увести вождя силой, гавайцы стали отбивать своего вождя, в результате этой схватки Кук был убит, а его тело унесено аборигенами в селение.

Смерть капитана Кука. Джон Уэббер, 1784

Историкам осталось непонятным, почему третий помощник Кука Уильямсон, который командовал оставшимися в шлюпках матросами, вместо того, чтобы прийти на помощь капитану, приказал срочно отплывать к кораблю. Сам Уильямсон впоследствии утверждал, что он выполнял приказ самого Кука, который жестами велел ему отплывать. Первый помощник, а позже - преемник Кука, капитан Кларк, провёл расследование, в ходе которого Уильямсон был признан невиновным. Но сам Кларк тоже не дожил до конца плавания, умер от туберкулёза. Перед смертью он по неизвестным причинам уничтожил все документы, относящиеся к этому расследованию, что ещё больше добавляет сомнений насчёт того, что там всё было чисто. Помимо одного очевидного мотива Уильямсона - его продвижения по службе в случае смерти капитана, были и другие причины, по которым он мог желать смерти Кука. Нельзя сказать, что Кук пользовался любовью у своей команды. Он был весьма жёстким капитаном, требовавшим железной дисциплины и не стеснявшимся применять физические наказания. Его требовательность в отношении поддержания идеальной чистоты на кораблях добавляла проблем команде (это уберегало команду от многих инфекционных болезней, но никто, включая самого Кука, тогда об этом ещё не знал). Длительные многолетние плавания тоже не радовали команду. А ещё многие офицеры считали, что из-за этой экспедиции они лишились возможности сделать быструю карьеру. Как раз когда отплывала экспедиция, началась война американских колоний за независимость. Англичанам тогда казалось, что эта война быстро закончится полным разгромом колоний, а что может быть лучше для карьеры офицера, чем участие в маленькой победоносной войне? В общем, причины подозревать Уильямсона у нас есть, а фактов, которые могли бы подтвердить или опровергнуть эти подозрения, нет.

Обелиск на месте гибели Кука

Но вернёмся к аборигенам. Англичане потребовали от них вернуть тело Кука и получили сваренное мясо капитана. После карательной операции гавайцы вернули также кости рук, ног и череп Кука, которые и были похоронены в море. Прочие кости Кука гавайцы тоже в итоге вернули англичанам, но это произошло много десятилетий спустя.

Уже понятно, откуда взялось убеждение, что капитан Кук был съеден: если вы видите отдельные куски тела, расчленённого и сваренного дикарями, это вполне естественная мысль. Кроме того, англичане уже были знакомы с полинезийской культурой и знали, что полинезийцы устраивают человеческие жертвоприношения, а на некоторых островах (например, в Новой Зеландии и Рапануи) ещё и практикуют каннибализм. Вполне естественно, что эти знания были экстраполированы на гавайцев, в результате чего и были сделаны выводы о том, что капитана съели. Но эта экстраполяция была верна только отчасти: человеческие жертвоприношения у гавайцев были, а каннибализма не было. Но тогда зачем они сварили и расчленили тело Кука? Пора познакомиться с обычаями и верованиями гавайцев, чтобы ответить на этот вопрос, а заодно объяснить их поступки, которые нам кажутся странными.

Кук на площадке для человеческих жертвоприношений, Таити. Рисунок неизвестного автора

О культуре полинезийцев можно рассказывать долго, но я ограничусь здесь теми моментами, которые важны для понимания истории с капитаном Куком. Во-первых, полинезийское общество делилось на четыре касты. Есть алии - это вожди. С ними связаны многочисленные табу, накладываемые как на самих алии, так и на окружающих. Представители этой касты могут вступать в брак только с другими алии. Людям из других каст нельзя дотрагиваться не только до алии, но и до их теней. На некоторых островах даже сжигали хижины, если их посетил кто-то из алии. Следующая каста - тахуна (кахуна в гавайском произношении). Это люди, освоившие какое-то ремесло. Например, ремесло навигатора (Тупайя, взятый Куком на корабль, принадлежал к касте тахуна). Интересно, что у гавайцев, в отличие от большинства остальных народов, служители культа не выделялись в отдельную страту, а относились к касте тахуна. Кто-то умеет делать лодки, кто-то - наносить татуировки, а кто-то - общаться с богами. Для полинезийцев это были занятия одного порядка. (Кстати, история Моаны из одноимённого мультфильма выглядит очень недостоверной, потому что в ней дочь вождя, относящаяся к касте алии, изучает навигацию, т.е. в нарушение табу занимается делом, допустимым только для тахуна.) Две оставшиеся касты -  макааинана (земледельцы) и каува (низшая, фактически, бесправная каста) - для нашей истории неинтересны, поэтому на них останавливаться не будем. Строгость кастовых запретов была разной в разных частях Полинезии. На Гавайях они соблюдались достаточно строго.

Гавайский алии в традиционной одежде, Рембрандт Пил, 1805-1810

Далее, полинезийцы были политеистами. Боги из их пантеона имели разные характеры, склонности и т.п., поэтому могли одобрять или не одобрять разные поступки людей. Год делился на несколько периодов, посвящённых разным богам, поэтому представления о том, "что такое хорошо и что такое плохо" менялись в течение года. Это очень необычно с точки зрения привычных для нас религий. Заповеди типа "не убий" или "не укради" обязательны для исполнения в любой день года, разве что запрет на употребление скоромной пищи можно отнести к "сезонным". У полинезийцев всё было иначе.

Ещё один важный для нас элемент верований полинезийцев - мана. Это такая магическая сила, которая которой могут обладать места, предметы и люди. Всему хорошему, что есть в конкретном человеке, - уму, красоте, мастерству, лидерским качествам и т.п. - человек обязан мане, которой он располагает. Как собственной мане, так и мане, содержащейся в предметах, которыми он владеет. Поэтому у полинезийцев чрезвычайно ценились предметы, которые, как считалось, обладали большим количеством маны. После смерти человека его мана не рассеивается в пространстве, а остаётся в теле, точнее, в костях. Соответственно, эти кости становились ценным предметом, которым полинезийцы стремились обладать. Больше всего маны было у алии, поэтому их кости ценились весьма высоко. Фактически, у алии не было шансов на нормальное, с нашей точки зрения, погребение: их тела расчленялись на фрагменты, бесполезное с точки зрения маны мясо срезалось, а кости распределялись между наследниками (другими словами, полинезийцы поступали с телами алии примерно так же, как христиане поступают с телами святых). Чтобы мясо легче отделялось от костей, тело нередко варили.

Думаю, что даже после этого сверхкраткого экскурса в культуру полинезийцев читателю уже стали понятными многие моменты в истории с убийством Кука. Теперь изложим всё последовательно.

Первые два раза Куку очень повезло - он прибыл на Гавайи в сезон Макахики, длящийся четыре месяца. Это был период, посвящённый Лоно, богу ветров и плодородия, и его жене Кайкилани, которую Лоно убил из ревности. Макихики - это такой длинный фестиваль, который Лоно учредил в память Кайкилани. Всё это время действуют строгие табу на убийства и конфликты вообще. Кроме того, прибытие Кука внешне напоминало религиозный обряд в честь Лоно: корабли обогнули остров по часовой стрелке, как это принято обходить алтарь Лоно во время богослужения, а паруса кораблей напоминали ритуальные предметы, использующиеся во время этого богослужения. Скорее всего, Кука приняли за человека, тесно связанного с Лоно, возможно, даже, его посланца. (Есть версия, что Кука приняли за самого Лоно, но это совсем маловероятно, потому что у гавайцев не было легенд, обещавших прибытие Лоно в телесном облике.)

Бог Лоно. Гавайи, XVIII век

Когда Кук вернулся для ремонта кораблей, сезон Макихики уже закончился, начался сезон, посвящённый богу войны Ку. Мало того, что Ку одобрял и конфликты, и воровство. На этот раз обстоятельства прибытия Кука вызвали подозрения. Во-первых, подозрительным выглядел сам факт прибытия посланца Лоно не в сезон Лоно. Во-вторых, Кук остановился в заливе, который был посвящён Лоно, и его посещение не во время Макихики было табу. Есть также предположение, что жрецы Ку восприняли возвращение Кука в сезон Ку как угрозу своему культу и поэтому настраивали гавайцев против Кука. Итогом стали конфликты, описанные выше.

Попытка украсть вождя на таком фоне окончательно накалила обстановку. Пока Кук сам вёл вождя, это было допустимо: Кук воспринимался как алии (иначе ему не подарили бы накидку из перьев), а одному алии можно касаться другого алии. Но когда вождь начал упираться, и на помощь Куку пришли другие члены команды, ещё одно табу было нарушено, и это стало последней каплей. Больше гавайцы не могли терпеть святотатство со стороны англичан, и Кук был убит.

Несмотря на все нарушения табу, мана Кука осталась при нём. А маны этой было много - шутка ли, он командовал таким количеством людей и вёл такие большие корабли! Только выдающийся с точки зрения количества маны человек был способен на такое. Поэтому кости Кука стали ценным призом. Мясо отделили от них традиционным способом. Когда англичане потребовали тело капитана, гавайцы сначала попытались отдать только мясо - а вдруг прокатит? Номер не прошёл, и гавайцы отдали те кости, где было больше всего маны, т.е. кости рук, ног и череп. В остальных костях, по их представлениям, маны было меньше, но в пересчёте на такого великого человека, как Кук, всё равно много, поэтому гавайцы решили оставить себе хотя бы их. И бережно хранили эти кости, иначе не смогли бы позже вернуть их англичанам.

Вот такая получилась история. Она могла бы быть не столь трагической, если бы Кук больше интересовался религиозной и социальной жизнью аборигенов. Тогда бы он, наверное, смог избежать ряда ошибок и благополучно завершить свою третью экспедицию. У Кука была возможность познакомиться с обычаями аборигенов и во время более чем двухмесячного пребывания на Гавайях, и ранее, на Таити, где системы каст, табу и верований были во многом схожа с гавайскими. Но Куку всё это было неинтересно, и это, наряду с целым рядом нелепых случайностей, сыграло роль в его гибели.

Историю Кука я изложил по книге Константина Михайлова "Маленький плохой заяц" (название книги - отсылка к традиционным африканским мифам, согласно которым боги решили дать людям бессмертие и приказали зайцу передать его людям, но заяц его по дороге то ли украл, то ли потерял, из-за чего люди остались смертными). В некоторых источниках детали истории излагаются несколько иначе. Я решил придерживаться версии из книги по нескольким причинам. Во-первых, я знаю, что Константин - не дилетант, а профессиональный религиовед и историк, кандидат культурологии. Во-вторых, книга, хоть и популярная, написана по профессиональным стандартам, приведён большой список источников с указанием, какие утверждения откуда взяты. В-третьих, я знаком с Константином лично и знаю его как человека, очень аккуратно работающим с источниками и избегающего плохо проверенных утверждений.

Капитан Джеймс Кук. Джон Уэббер, 1776

Автор: Константин Михайлов