Как я учительствовала в Швейцарии, Швеции, Ирландии

В Европе учителей ценят и берегут, в Эстонии учителя — бурлаки. В течение двадцати лет работы учителем не устаю удивляться бесконечному запугиванию, регламентированию и бюрократии в образовании нынешней Эстонии.

Ничего подобного в Европе нет: учитель нигде не работает сверхурочно до полного изнеможения, как здесь, сочиняя гектары тематических и поурочных планов, раскрывая методику тем и подтем.

Кто не знает, поясню. Наш учитель на каждом шагу барахтается в жестокой сетке малопродуктивных, но энергозатратных бумаг: уроки, беседы с родителями, с учениками, классные мероприятия, экскурсии и собрания — все подробнейшим образом фиксируется. В методических кабинетах полки ломятся от разных планов: вдруг потребуются администрации, министерству, городским инспекторам эти планы над планами, сверки над проверками и стратегиями на год или подготовку к великим достижениям в городе и республике.

А когда намечается визит важного чиновника, всех лихорадит по принципу “к нам едет ревизор”. “Накрыть поляну” в таком случае — самое простое. Необходимо еще быстро смонтировать выставки, сочинить новые бумаги, побегать по школе в поисках средств и наглядности.

Школа в Швейцарии: на выпускной — без причесок и макияжа

Поработав Швейцарии, я увидела совершенно иное. На выпускном вечере, проходившем в городском театре, на сцену выходили целые классы детей в простой одежде, без причесок и макияжа, без пафоса и надрывных речей.

В каждом классе награждали троих: лучшего ученика, лучшего товарища и самого прилежного из троечников. И никаких отчетов о вымученных хорошистах и благодарственных писем родителям.

Швейцарские классы массово участвовали в смешных физкультурных конкурсах под хохот родителей, которым вручали годовые папки проверочных тестов с оценками их детей. Плюс брошюрку с новыми темами по предметам на следующий учебный год.

И все это в дорогой и очень известной Swiss private school “Champion”.

Школа в Швеции: домашний покой и уют

После работы в Швеции я прониклась уважением к домашнему покою и уюту в тамошних школах. Все ученики и учителя ходили по школе в носках, непрерывно улыбались и шутили.

Администрация не требовала письменных объяснительных за каждый пустяк, накладывая, как в армии, оскорбительную визу на любую просьбу. Не трепала нервы учителям за происшествия, не входящие в их компетенцию, не вплывала без разрешения на уроки.

В моей русской гимназии в Эстонии учителя фиксировали время прихода и ухода, но отгулы были запрещены вечно недовольной нами администрацией. Все отношения держались на страхе потерять место. Учителей шпыняли за каждый проступок ученика. Кстати, директорский беспредел там продолжается, а пикнуть никто не смеет. Педагоги ходят на цыпочках и трясутся, и перерабатывают. А завучи собирают “компромат” на каждого учителя.

Шведская школа заключала с учениками письменный договор о невозможности приносить с собой в класс деньги, игрушки и мобильники, угрожать и обижать других учеников, оскорблять учителей и портить имущество.

За выполнением внимательно следили школьные психологи и работники по антимоббингу. То есть в школе, по умолчанию, никого не унижали. И если в классе появлялись агрессивные дети, родителей немедленно извещали, а детей учитывали в социальном отделе и полиции.

Каждый шведский учитель во время прогулки-экскурсии детей имел специальную бесплатную одежду: куртку, зонт, прочее.
Учительская зарплата была на уровне 2500 евро. А в классах — не более 20 детей. Но самое поразительное, никого не заставляли учиться, так как оценки до седьмого класса не ставились.

Зато муниципалитет оплачивал в гимназиях уроки родного языка — русского, испанского, немецкого, финского, арабского. Почти половина класса состояла из детей иммигрантов. Когда такой ребенок овладевал чтением и письмом на своем языке, получал дополнительные бонусы для поступления в гимназию.

Шведские муниципалитеты оплачивали ученикам трехразовое питание, а учителям и врачам привозили еще и фрукты, кроме бесплатного кофе десяти видов. А если родители работали далеко от дома, ученикам было весело в игровых помещениях с массой развлечений — до 17.00.

Школа в Ирландии: учителя сразу после уроков — домой

В ирландской школе я увидела, что девочки и мальчики с пяти лет учатся в основной школе раздельно, под эгидой католических церквей города.

Каждая школа имеет свою форму с эмблемой. Есть и общегородские школы для ирландских детей, где почти нет африканских детей. Свой, ирландский язык, учат на факультативе только в начальной школе. Остальное образование — на английском языке. Иммигрантам туда не попасть.

Директор ирландской школы отправлял родителям письма с новостями и подписывался только простым именем, без указания своих регалий. Никакой заорганизованности, никакого пафоса, как у нас.

Ирландские учителя сразу после уроков уезжают домой, в отличие от наших, еще три-четыре часа пишущих отчеты и рапорты, сценарии и опять отчеты, помимо выставления оценок и фиксирования заданий “в электронной школе”. А ведь есть еще и курсы эстонского языка и повышение квалификации, и самообразование.

Более подробно о том, чем наши школы отличаются от европейских, пишу в своей книге “Хроника пикирующего образования в Эстонии”.

Читатель Дельфи