Эксперт Хейдо Витсур не считает, что в Эстонии наступил экономический кризис, несмотря на проблемы в энергетике, пандемию и войну. В передаче "Интервью недели" он сказал, что кризис характеризуется ростом безработицы и снижением зарплат, а у нас сейчас все происходит ровно наоборот - рабочих рук не хватает, зарплаты растут, потребление тоже.

Инфляция растет, процентные ставки по кредитам повышают, не хватает энергоресурсов, нарушены логистические цепочки поставок. Можно ли говорить о том, что мы уже в эпицентре экономического кризиса?

Рано еще так утверждать. В принципе кризисом можно назвать что угодно, но если говорить о рецессии как признаке экономического кризиса, то для этого необходимо, чтобы в экономике был спад за два последних квартала. Мы еще до этого не дошли. У нас даже за первый квартал никакого спада не было.

Однако эксперты уже сейчас спорят о том, каким будет падение экономики. Как вам кажется, что нас ждет - жесткая или мягкая посадка?

Я оптимист. Пока у нас еще нет рецессии, и надеюсь, что ее не будет. Если говорить о спаде, то он будет мягким, если вообще будет.

Если говорить в цифрах, то как это может быть выражено?

Спад в экономики, снижение ВВП - думаю, что ничего подобного тому, что мы пережили 12 лет назад, когда был мировой финансовый кризис, у нас не ожидается. Все фундаментальные показатели экономики намного лучше и крепче, чем были в прошлом. Тогда мы пережили свой первый бум и, конечно, перестарались. Теперь экономика, несмотря на войны, на энергетический кризис, в порядке.

Сейчас многие говорят об инфляции. А возможна ли дефляция в ближайшем будущем?

После такой инфляции, как в Эстонии, вполне возможно будет снижение цен.

И что это будет означать для экономики?

У нас цены повысились в 2,5 раза больше, чем в целом по Европе, поэтому нам важно в течение одного-двух лет выйти на единый уровень с остальной Европой.

Почему, несмотря на сильную инфляцию, потребление растет - это пир во время чумы?

Я так не считаю. Потребление растет, потому что растут зарплаты. Кроме этого, люди имеют в банках довольно солидные сбережения, то есть денег на покупки им хватает. Но это в денежном выражении, то есть с учетом выросших цен. В количественном выражении, по-моему, у нас никакого роста нет, то есть потребление осталось на прежнем уровне.

Когда можно ожидать снижение покупательной способности жителей Эстонии?

Только тогда, когда зарплаты перестанут расти, и начнет повышаться безработица. Поскольку безработица у нас на низком уровне, более того у нас не хватает рабочих рук, я не вижу причин, почему должна снизиться покупательная способность людей.

Сейчас жителей Эстонии волнует не только рост цен на продукты питания, но и те счета, которые приходят за электричество и за отопление, многие с содроганием ждут отопительного сезона. Что может сделать правительство, чтобы смягчить возможный ценовой шок следующей осенью/зимой?

Действительно, рост цен на 19% по сравнению с предыдущим годом был вызван в основном ростом цен в энергетике. Что государство может делать? Кое-что оно уже сделало. Например, принято решение о строительстве терминала для приема сжиженного газа, то есть у нас появятся новые источники поставок газа. Что в свою очередь должно снизить цену на газ. И, как следствие, последует снижение цен на другие товары. Кроме этого, я надеюсь, в течение лета Европейский союз и мировой рынок нефти и нефтепродуктов реорганизуется, что тоже повлечет в какой-то мере снижение цен на топливо. Часть людей, конечно, не сможет платить более высокую цену за отопление и электричество. Вот им надо обязательно помогать.

В Евросоюзе обсуждается шестой пакет санкций против России, в том числе нефтяное эмбарго. Как это отразится на экономике Евросоюза и, в том числе, Эстонии?

Никакой особой нехватки нефтепродуктов здесь не будет.

Осенью прошлого года много говорилось о "зеленом переходе", в том числе об отказе от сланцевой энергетики. Теперь мы слышим, что Eesti Energia планирует открыть новые шахты и увеличить добычу сланца. Получается, что без сланца нам не обойтись. С вашей точки зрения, это временное явление или сланцевая энергетика в Эстонии сохранится?

Думаю, это временная мера - может быть на год, может быть на пять или десять лет. Можно говорить, что мы будем использовать сланец в энергетике более одного года.

А что будет после этого?

Время покажет. Обязательно будут и другие источники энергии. Но я не верю, что мы сможем получать электроэнергию только от солнца и ветра.

Если сектор энергетики все равно изменится, то есть ли смысл инвестировать в сланцевую энергетику сейчас?  

Мы не строим и не планируем строить новые станции. Сейчас речь идет об увеличении добычи сланца.

Наш сланец и продукты из него - масло и газ - могут хотя бы частично заменить российский газ и российскую нефть?

В принципе могут, но, конечно, они не самые экологически чистые. Да, и калорийность сланца и продуктов из него не такая высокая.

Как быстро в нынешнее сложное время энергетика Эстонии сможет перестроиться?

Не очень быстро, потому что много времени займет подготовка и строительство станций нового типа, примерно 8-10 лет в зависимости от того, что мы выберем.

А что нам делать во время этой перестройки энергетики?

Нам, жителям Эстонии, в любом случае придется пересмотреть свое потребление энергии. Например, меньше потреблять, использовать электрические приборы тогда, когда электроэнергия дешевле - утром и ночью.

Должно ли правительство и в будущем помогать жителям Эстонии справляться с ростом цен на электроэнергию, как оно делало этой зимой?

Не уверен, что так следует поступать и впредь.

Эстонская экономика из-за небольших размеров всегда была чувствительная к различным кризисам. Сейчас на нас повлияли пандемия, энергетический кризис и войны. Кроме энергетического сектора, какие сферы экономики могут сейчас находиться под ударом?

Самый мощный удар получили транспортный и транзитный сектора, где предприятия теряют работу, потому что ее нет.

Возможен ли резкий скачок безработицы из-за проблем в транзитном секторе?

В отличие от 20-летней давности, когда транзит занимал существенную долю в ВВП страны, сейчас его влияние на экономику скромное, можно сказать, практически никакое. Поэтому ожидать роста безработицы из-за проблем в транзитном секторе не стоит.

Какие еще сектора экономики могут оказаться в зоне риска?

Например, сельскохозяйственный сектор, где есть общемировая проблема с поставками удобрений. Если не хватает удобрений, значит урожайность будет ниже, чем мы ожидаем.

Может ли ИТ-сектор стать спасательным кругом для экономики Эстонии?

Этот сектор и так растет больше остальных. Но по сути он не может заменить всю экономику, промышленный сектор. Хотя производительность, добавочная стоимость в ИТ-секторе высокая, но если у тебя нет хлеба, то и жизни - нет.

Если говорить об экономике Эстонии, что мы увидим через год?

Рост цен нелегко, но все-таки мы пережили. Экономика будет развиваться, как развивалась и год назад.

А жители Эстонии через год будут жить лучше или хуже?

Думаю, не лучше и не хуже, а примерно так же, как мы жили до сих пор.

Карис: если на смену сотрудничеству приходят ультиматумы, то нет смысла в таком правительстве

Президент Эстонии Алар Карис, который в четверг побеседовал с руководителями коалиционных партий, сказал, что без сотрудничества и доверия правительство не может управлять страной.

Алар Карис поговорил с председателем Партии реформ Каей Каллас и руководителем Центристской партии Юри Ратасом о разногласиях в правительстве и о том, могут ли они привести к правительственному кризису и развалу нынешней коалиции.

"Роль и ответственность обеих коалиционных партий состоит в том, чтобы поддерживать сотрудничество и доверять друг другу. Если на смену сотрудничеству приходят ультиматумы, совместное управление превращается в словесную войну, а доверие горит синем пламенем, то нет никакого смысла в таком коалиционном правительстве. Потому что без сотрудничества и доверия нельзя управлять страной", - сказал президент.

По его словам, нынешние правительственные партии должны принять решение, как сами по себе, так и по возможности вместе, есть ли смысл в существовании действующей коалиции.

"Мы не имеем права позволить себе легкомысленность и близорукость, чтобы в разгар многих кризисов - от международной безопасности до энергетики и пандемии - в Эстонии было бы правительство, которое управляло страной лишь условно, застряв во внутренней окопной войне, - подчеркнул президент Карис. - Правительство должно быть дееспособным и активным".