Государство собирает о людях все больше информации

Есть много уровней, на которых государство собирает о людях большое количество информации, следит за ними и тем самым регулирует их жизнь, и со временем этих уровней становится все больше. На прошедшей неделе снова появилось несколько инициатив по ограничению свобод людей под предлогом их защиты.

Иллюстративное фото: ERR

Министерство внутренних дел обнародовало план по сбору данных из приложений для обмена сообщениями, а также регистрации пользователей разговорных карт. Министерство финансов намерено создать единую базу данных о кредитных задолженностях физических лиц. Оппозиция хочет запретить высказывания, которые разжигают ненависть. При смене имени проверяется, не живут ли люди вместе, сообщила в воскресенье "Актуальная камера".

По словам канцлера права Юлле Мадизе, попытки усилить ограничения и контроль над людьми предпринимались всегда. "После вступления в силу Конституции 1992 года все время были эти желания - в интересах безопасности или просто для того, чтобы люди не действовали друг другу на нервы или жили так, как нравится тому, кто придумывает такие ограничения", - отметила Мадизе.

Вице-канцлер МВД Вейко Коммусаар утверждает, что в Эстонии есть четкие правила доступа к собранным данным, и оснований для опасений нет.

"У нас в Эстонии очень четкие правила, когда вообще возможен доступ к этим данным. Это регулируется системой надзора, включающей в себя целый ряд допусков, и это, несомненно, дает гарантию повседневной защиты частной жизни, чтобы никто ничего не вынюхивал у нас за спиной, пока мы об этом не знаем", - сказал Коммусаар.

При этом канцлер права подозревает, что в ходе процедур смены имени, которые курирует то же министерство, кто-то мог безосновательно просматривать данные о людях в регистре народонаселения. Это делается в ситуации, когда чиновник проверяет, не хочет ли меняющий имя человек взять себе фамилию своего партнера. В случае общего адреса в смене имени отказывалось.

"Действительно, если есть подозрение, что речь идет не о произвольно выбранном имени, а хотят взять имя партнера, то одна из возможностей - посмотреть в регистре народонаселения, кто живет на одной площади с этим человеком. В том смысле, что на самом деле каждый чиновник самостоятелен в своих решениях и процедурных действиях", - пояснила глава соответствующего отдела МВД Энел Пунгас.

Но желание вводить новые правила и ограничения есть не только у чиновников. Например, оппозиционная Партия реформ на прошлой неделе представила законопроект о введении уголовной ответственности за вербальные нападения на группы людей и пропаганду направленных против них действий, даже если за такими словами не следуют реальные действия.

"Мы как раз видели на правительственной пресс-конференции, что даже на такие, скажем так, призывы высылать людей из Эстонии, не было никакой негативной реакции даже на самом высоком уровне. Если у этого могут быть совершенно реальные последствия для жизни, здоровья людей, общественного порядка, то должны ведь быть какие-то санкции", - сказала лидер реформистов Кая Каллас.

Специализировавшийся по личным свободам присяжный адвокат Пауль Керес не поддерживает дополнительные ограничения в комментарии на планы минфина создать по рекомендации банков единую базу данных задолженностей физических лиц.

"По моему мнению, это показывает принципиальное недоверие к своим гражданам или жителям страны, особенно с учетом того, что и сейчас этот вопрос в действительности совершенно достаточно регулируется, потому что при ходатайстве о кредите в банке, например, последний спрашивает у клиента, есть ли у него еще долги. А если есть, то сколько. Надо предоставлять правильные данные, потому что если предоставить неверные данные, то это преступление, мошенничество. Я не вполне понимаю, зачем нужно еще больше закручивать гайки", - сказал Керес.

По оценке канцлера права, дела все же обстоят скорее хорошо. "Если я говорю, что у нас и так все идет хорошо, то я имею в виду, что общественность, хотя бы в связи с корона[вирусным кризисом], все-таки может спросить, есть ли смысл в ограничениях, достижима ли их цель, достаточно ли она весома, чтобы [ограничить] свободу человека на самореализацию в том виде, в каком этого хочет человек", - сказала Мадизе.