Сергей Васильев из Латвии продолжает свое повествование про "ЕвроЩастье" (начало здесь: Хроники евроЩастья: 90 евро на руки и танк в окошке)

«Вчера я случайно стала невольным слушателем разговора между местным латышом и давно живущим в Латвии литовцем. Простые работяги лет сорока. Они делили Латвию. Беседовали по-русски.
Мне стало интересно, что думают, так сказать, титульные нации, и я присоединилась к беседе.
По их мнению, очень скоро Латвия будет разделена на три части. Само собой, восточная часть уйдет в Россию. Лиепая, Вентспилс и западная часть — шведам. Тут мы поспорили (я думала, что логичнее — полякам или немцам).
Не совсем поняла, кому достанутся центр и Рига, но они абсолютно убеждены, что не латышам. Когда я спросила, пойдут ли они воевать, один спросил: «За кого, этих уродов?» — а второй выразительно покрутил пальцем у виска...

Забавно. Похоже, любопытными будут выборы в следующий Сейм...»

Nata Skudra

А в это же время полномочный и полноправный представитель титульной нации в Сейме Латвии, член партии, входящий в правящую коалицию, Эдвин Шноре, игриво и непринуждённо, официально и публично сравнивал ВСЕХ русских с вшами, ни на секунду не опасаясь обвинений в разжигании расовой и национальной розни, потому что знал, что коллеги-националисты не сдадут.

И таки не сдали — все хором, в едином строю, грудью встали на защиту своего вшивого собрата, оправдывая его тем, что он ведь не сам проповедовал, а только «цитировал классика»:

«Избавление от вшей — не вопрос идеологии, это вопрос гигиены. Точно так же для нас антисемитизм не является вопросом идеологии, это — вопрос гигиены».

Генрих Гиммлер (цитируется на основании заключительной речи главного обвинителя от Великобритании Хартли Шоукросса на Нюрнбергском процессе).

Ну, раз цитата — это не разжигание, то, помолясь, приступим.

Итак, истинные европейцы — о латышах:

«Мы проезжали мимо небольших деревень, жители которых были очень бедны. Одежда женщин состоят из куска ткани или тряпки, едва прикрывающей их наготу; волосы у них подстрижены ниже ушей и висят, как у бродячего народа, которого мы называем цыгане. Их домики, или лучше хижины, самые плохие, какие только можно представить, в них нет никакой утвари, кроме грязных горшков и сковородок, которые, как дом и сами люди, так запущены и неопрятны, что я предпочел поститься и провести ночь под открытым небом, нежели есть и спать с ними.

Они удивительно стойко переносят всякие лишения, жару и холод, голод и жажду. У них почти нет постелей, и они спят на голой земле. Пища у них грубая и скверная, состоящая из гречневого хлеба, кислой капусты и несоленых огурцов, что усугубляет жалкое положение этих людей, живущих все время в нужде и горести благодаря отвратительной жестокости своих господ, которые обращаются с ними хуже; чем турки и варвары со своими рабами. Невидимому этим народом так и должно управлять, ибо если с ним обращаться мягко, без принуждения, не давая ему правил и законов, то могут возникнуть непорядки и раздоры.

Это — очень неуклюжий и суеверный народ, склонный к колдовству и черной магии, чем они так неловко и глупо занимаются, как наши дети, пугающие друг друга букой. Я не видел у них ни школ, ни воспитания, поэтому растут они в большом невежестве, и у них меньше разума и знаний, чем у дикарей. И несмотря на то, что некоторые из них считают себя христианами, они едва ли больше знают о религии, чем обезьяна, которую выучили исполнять обряды и церемонии.

Большинство — неразумные язычники и предаются идолопоклонству под деревьями, вырытыми с корнем, с отрубленными верхушками. Эти стволы украшают они лентами, я не знаю какими только тряпками, потом пляшут вокруг и ползают и бормочут что-то все время, чего я не мог понять. В конце концов богослужение кончается необузданным обжорством.

Эти крестьяне постоянно клянутся и призывают проклятия на свою голову, но не придают большого значения своим клятвам и нарушают их, едва успев произнести последнее слово. У них в обычае странная клятва: они кладут дерн или дерево на голову, берут в руки палку, клянутся поступить так-то и так и сдержать слово, а не сдержат, ли отойдут, и, когда думают их переубедить, они говорят, что соблюдают некоторые церемонии ради чести и выгоды, но тотчас же забывают их и бросают на ветер. Это впрочем народ не злой и обходительный, но невежественный, не сведующий настолько, что они едва ли знают, что существуют страны помимо Лифляндии».

Ян Стрейс, «Три путешествия». ОГИЗ — Соцэкгиз. Москва, 1935 г.

«Я не приметил никакой розницы между эстляндцами и лифляндцами, кроме языка и кафтанов: одни носят черные, а другие серые. Языки их сходны; имеют в себе мало собственного, много немецких и даже несколько славянских слов. Я заметил, что они все немецкие слова смягчают в произношении: из чего можно заключить, что слух их нежен; но видя их непроворство, неловкость и недогадливость, всякий должен думать, что они, просто сказать, глуповаты. Господа, с которыми удалось мне говорить, жалуются на их леность и называют их сонливыми людьми, которые по воле ничего не сделают: и так надобно, чтобы их очень неволили...»

Н.М.Карамзин, «Письма русского путешественника»

Перейдем от исторических персон к современным. Что может сказать о прибалтах?.. Например — ну никак не замеченный в любви к России Альфред Кох:

«Для понимания уровня культурного разрыва между русскими и немцами с одной стороны и латышами с другой, нужно посмотреть, когда у того или иного народа появился национальный перевод Библии. Первый перевод Библии на старославянский язык был осуществлен греческими монахами Кириллом и Мефодием (с изобретением для этих целей оригинальной славянской письменности) примерно в 860-х годах, т. е. в IX веке. Вот вам и ортодоксальное православие! Первые переводы Библии на немецкий язык были осуществлены примерно тогда же (на готский еще раньше — в VI веке).

Теперь внимание! Цивилизованные латыши получили переведенную на латышский язык Библию только в 1694 году. И сделал этот перевод человек, которого звали просто — Эрнст Глюк. Чудная латышская фамилия, не правда ли? Ха-ха-ха! Параллельно для этих целей немцы изобрели для латышей письменность на основе немецкой грамматики. Это сделали люди, носящие следующие фамилии (чтобы потом не было вопросов) — Регегаузен (1644) и Адольфи (1685). Окончательно латышскую письменность создал Г. Ф. Штендер в середине XVIII века.

Дальше начинается вообще комедия. Первый учебник латышского языка вышел в Риге на русском языке в 1868 году! Таким образом, усилиями двух народов — в первую очередь немецкого и во вторую очередь русского — высококультурные латыши получили письменность. Правда, на восемьсот лет позже всех! И на том спасибо. Сами же латыши для этого не ударили пальцем о палец.

Сейчас я скажу крамолу. Даже не знаю... Ну да где наша не пропадала! Латыши получили письменность всего на пятьдесят лет раньше чукчей! Чукчам товарищ Сталин подарил ее в начале 30-х годов ХХ века. Чукчей — в единую Европу! Срочно! Русские их оккупировали, а теперь они свободные, цивилизованные...»

Да что там инородцы, если сами вожди латышскости позволяют себе нелицеприятное, где даже бывший президент Латвии Вайра Вике-Фрейберга заявила о своем разочаровании в соотечественниках из-за их «злобы, ненависти и завистливости».

Возврат в исходное состояние...

«В 2015 году 30,9% от всего населения Латвии были группой риска с точки зрения бедности или социальной маргинализации — при среднем по ЕС показателе в 23,7%. В особо тяжелой ситуации находятся пожилые люди. В 2015 году 42,1% латвийцев в возрасте 65 лет и старше входили в группу риска бедности и социальной маргинализации. По этому показателю Латвия — 27-я в списке, хуже положение только в Болгарии. Доля пенсионеров , получавших лишь 60% или менее от среднего дохода, составляла 34,6% — худший по ЕС показатель. Доля пожилых людей, страдающих от крайней материальной необеспеченности, остается весьма высокой по меркам ЕС — 18,2%», — таковы выводы экспертов по латвийскому разделу исследования Фонда Бертельсманна.

Европа не только проводит исследования, она еще и предлагает для Латвии реальные решения этой проблемы.

В интервью газете „Neuen Osnabrücker Zeitung“ руководитель фракции «зеленых» в Европарламенте Ска Келлер предложила гениальную идею — отправить в Латвию целую сирийскую деревню. «Идея с сирийской деревней — это возможность, которую можно было бы использовать», — заявила Келлер.

Франциска Мария «Ска» Келлер

Дело в том, что многие беженцы не хотят ехать в ту страну, в которой нет других мигрантов. Зато к соотечественникам, как показывает практика, они рвутся куда охотнее. И поэтому, как отметила Келлер, «это облегчит интеграцию и прием беженцев». По ее мнению, этот вариант необходимо обсуждать несмотря даже на то, что восточноевропейские государства выступают против переселения беженцев на их территорию. «Не хотят — заставим», — считает Келлер, ссылаясь на законы Евросоюза, согласно которым все члены ЕС обязаны принимать беженцев.

(См. также статью в «Вельт» (на немецком языке)  Grünen-Politikerin will syrisches Dorf in Lettland)

Считаю, что Европа усовершенствует предложение «зеленых» и примет решение переселять «беженцев» в Прибалтику побатальонно — по мере выдавливания их сирийскими правительственными войсками с занимаемых ныне позиций.

В качестве пряника этим «беженцам» предложат переселение с сохранением существующей командной структуры и всего имеющегося в наличии вооружения.

Ну а чтобы на радостях от такой перспективы с территории Прибалтики не ломанулись последние туземцы (которые бегут сейчас со скоростью один город в год), для них приготовлен еще один закон:

22 июня сейм Латвии в третьем, окончательном чтении принял поправки к Закону о национальной безопасности, позволяющие министру внутренних дел запрещать жителям страны выезд за рубеж. 78 депутатов проголосовали «за», 2 — «против».

22 июня... Символичненько, не правда ли? Эвакуация населения (зачёркнуто) евроЩастье продолжается.

Российский сенатор объяснил депрессию латвийцев «бездарным настоящим»

Латвия является одной из самых неблагополучных стран ЕС в плане психического здоровья из-за «бездарного настоящего», а не «сурового советского прошлого». Об этом в своем Twitter написал член Совета федерации Алексей Пушков.

Ранее финский телеканал Yle сообщил, что психическое здоровье латвийцев в целом не в порядке из-за «сурового прошлого» страны. По данным канала, во времена СССР в Латвии «многие опасались экспериментальной и жесткой советской психиатрии».

По словам латвийского семейного врача Айнисы Дзалбсы, четверть ее пациентов в какой-либо форме сталкивались с депрессией. Каждый десятый, заявила она, страдает от депрессии, которая требует медицинского вмешательства.

По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), Прибалтика является одним из самых депрессивных регионов Европы. В Литве совершается 32,7 самоубийства на 100 тысяч человек, в Латвии — 21,7, в Эстонии — 18,9.

Исследование: почти половина жителей Эстонии опасается военного конфликта на территории страны

Как показало проведенное страховой группой ERGO и латвийской исследовательской фирмой SKDS исследование по безопасности в странах Балтии, 45% жителей Эстонии опасаются военного конфликта на территории страны. Самый высокий показатель страха перед военным конфликтом наблюдался в 2015 году, тогда этот показатель, по сравнению с данными этого года, был на 12% выше. В Латвии военного конфликта опасаются 62% и в Литве — 68% населения, говорится в пресс-релизе ERGO Insurance SE.

46% жителей Эстонии опасаются возможных этнических столкновений и 52% боятся экономической и политической нестабильности. По сравнению с 2015 годом оба этих показателя несколько снизились, но в то же время выросло беспокойство перед большим количеством иммигрантов, в том числе беженцев. По данным за 2017 этого опасается 60% эстоноземельцев. Опасения по поводу этнических конфликтов в Литве сопоставимы с данными по Эстонии и составляют 41%, но экономической или политической нестабильности боятся 77% жителей. Самый низкий среди Балтийских стран показатель страха перед иммигрантами был в Литве, но все же он присутствует больше чем у половины (55%) жителей страны.

Больше всего конфликтов опасаются жители Латвии. Из-за возникновения возможных этнических конфликтов переживают 54% и из-за экономической или политической нестабильности почти 80% жителей. Также в Латвии больше всех опасаются наплыва иммигрантов, это заботит 64% жителей.

По оценке руководителя по рискам страхования жизни и здоровья ERGO Деклы Уусма, приведенные выше данные вполне ожидаемы. ”Опасения оказаться в зоне военного конфликта или в ситуации политической нестабильности очевидно объясняются нашим географическим положением и историческими событиями. Также в нашем регионе не было больших этнических столкновений. Поэтому страх перед новым и неизведанным вполне объясним”, — пояснила она.

С другой стороны, произошедшие за последнее время теракты не увеличили у жителей Эстонии страх перед терроризмом. Оказаться жертвами террористической атаки опасаются 23% эстоноземельцев, что всего на 3% больше, чем в 2015 году. Южные соседи оценивают риски, связанные с терроризмом, несколько выше: в Латвии этого опасаются 38% и в Литве — 32% жителей.

”Приведенные данные, по-видимому, отражают то, что в нашем регионе не было серьезных соприкосновений с терроризмом. Но мы заметили, что люди, перед тем как отправиться в путешествие, все больше спрашивают, будет ли действовать договор страхования жизни или путешествия в случае, если человек стал жертвой террористической атаки”, — привела Уусма пример из жизни.

Оценка безопасности государства является одним из пяти основных критериев ERGO для составления индекса безопасности стран Балтии. По сравнению с жителями Латвии и Литвы, эстоноземельцы чувствуют себя самыми защищенными в отношении безопасности своего государства.

Исследование было проведено совместно с Латвийским центром исследования общественного мнения SKDS. В нем приняло участие 1000 человек из Эстонии, Латвии и Литвы. Всего были получены ответы 3000 человек.