Сергей Чернуха попал в тюрьму в 2013 году, а через пять лет вышел. Все это время он продолжал заниматься делом своей жизни — бить татуировки. Так он стал тюремным кольщиком. Корреспондент журнала "The Village" Андрей Яковлев пообщался с Чернухой и узнал, что просят набить на современной зоне, где спрятать тату-машинку и пять бутылок вина и кто такие шныри.
Самодельная машинка, крокодил Гена и тюремный медвежонок
На зону я попал уже с большим количеством татуировок, что привлекло интерес заключенных. Когда узнали, что я работал в тату-салоне, большинство зэков обрадовались такому соседству, ведь многие хотят тюремную татуировку. Но сделать это не так просто. Сейчас времена поменялись, и если администрация тюрьмы узнает, что ты бьешь или сделал себе тату, — отправят в штрафной изолятор. В моей колонии сидело полторы тысячи человек — это примерно 15–20 бараков, в половине из которых жили люди, набивающие татуировки. Но большинство из них — партачники (неопытные татуировщики, которые делают партаки — некачественные тату. — Прим. ред.).
Рекомендуется к просмотру: