индейцы

«Джеронимо!» – с таким выкриком прыгают с самолета американские воздушные десантники. Своим происхождением традиция обязана вождю апачей Джеронимо (1829-1909), имя которого наводила на белых поселенцев такой страх, что стоило кому-нибудь крикнуть: «Джеронимо!», как все выпрыгивали в окна.

«Никогда еще природа не вырезала столь ужасных черт,»- написал о Джеронимо один журналист в 1886, — «увесистый, широкий нос, низкий морщинистый лоб, мощный подбородок и глаза — два куска черного обсидиана, словно подсвеченные изнутри. Но самой примечательной чертой был рот — резкий, прямой, тонкогубый, словно разрез, без всяких изгибов, которые могли бы смягчить его». Даже сегодня нельзя равнодушно относиться к последнему великому индейскому вождю, противостоявшему неизбежной волне захвата Американским государством земель на западе.

К 1881 году Шайены и Сиу, уничтожившие армию Кастера у Литтл-Бигхорн, были уже повержены и усмирены. Бешеный Конь — заколот штыком солдата при сопротивлении аресту. Сидящий Бык — пленник в Форт Рэндл — давал интервью газетам. Джозеф, вождь Нез-Перс, сдался, и его народ умирал от малярии в Оклахоме.

Только четыре отряда Апачей Чирикахуа оставались на воле в южной Аризоне и Нью-Мексико. У Чирикахуа было много славных вождей, таких как Кочиз, Мангас Колорадас, Делгадито и Викторио. К 1881 все они уже были мертвы. Тем не менее, в течение пяти лет после этого еще один популярный в народе воин — Джеронимо возглавлял это невероятное противостояние. В конце концов в отряде Джеронимо осталось 16 воинов, 12 женщин и 6 детей. Против них было развернуто 5000 солдат войск США (или четверть всей американской армии), и, возможно, 3000 мексиканских солдат.

Из-за такой разницы и того, что Джеронимо держался дольше всех, он стал самым знаменитым из Апачей.

Современная история Эстонии учит нас, что в течении десятилетий народ и страна были оккупированы. Тем не менее последствия оккупации не столь заметны, как в самой демократичной и благополучной стране мира, где в наше время коренное население доживает едва до 45 лет. Речь идет о США. Смотрите сюжет:

Наилучший способ сотворить нечто уникальное в социальном плане – это отгородиться от остального человечества и делать вид, что вы тут одни такие. С истинными ценностями и знанием правильного пути. А все, что за морем, за стеной, за железным занавесом, – это хмарь, мираж и провокация.

Ну что ж, пальму первенства в этой области у нас заслуженно получают индейцы пираха, выбравшие себе самый дикий способ существования – во многом благодаря тому, что им очень долго удавалось вообще не иметь никаких связей с человечеством (когда ты живешь посреди глухой бразильской сельвы, очень трудно выбираться в гости к другим цивилизациям). Писатель и бывший миссионер Дэниел Эверетт 30 лет жил среди пираха. За это время он разуверился в человеческих ценностях современного мира, зато научился, надевая с утра шорты и тапочки, тщательно обследовать их на наличие пауков, скорпионов и гигантских жалящих муравьев.

Каков же язык и культура пирахã? Вот их основные признаки (а главный признак - чрезвычайная бедность абстрактного мышления):

(1) Самый бедный в мире набор фонем. Всего три гласных (a, i, o) и восемь согласных(p, t, k, ', b, g, s, h). Правда, почти каждой из согласных фонем соответствуют два аллофона. К тому же язык имеет и "свистящую" версию, употребляемую для передачи сигналов на охоте.

(2) Абсолютное отсутствие счета. Все остальные народы мира, сколь примитивными бы они ни были, умеют считать хотя бы до двух, т.е., различают "один", "два" и более двух. Пирахã же не умеют считать даже... до одного. Они не различают единственности и множественности. Покажите им один палец и два пальца - и они не увидят разницы. У них имеются только два соответствующих слова: 1) "маленький / один или немного" и 2) "большой / много".

За 40 лет, с 1860 по 1900 годы, численность бизонов в американских прериях снизилась с 40 миллионов до 80 голов.

В наши дни в Северной Америке бизон существует и как дикое животное, и как домашний скот. Животных разводят на частных ранчо.

В 1862 году американское правительство приняло знаменитый закон о заселении Запада: каждый, кто переселится за реку Миссисипи, слывшую тогда «последней границей», бесплатно получит 160 акров (65 гектаров) отличной земли. Закон не врал – с приехавших людей никто не требовал денег, да и земля была вполне пригодна для жизни. Существовала лишь одна проблема – принадлежала она не американцам, а индейским племенам.

За исключением этого факта, предложение оказалось очень заманчивым, и во второй половине XIX века за Миссисипи хлынул тысячный поток белых из Европы и американского Востока. Переселенцы стали активно отвоевывать «свою» землю у коренных жителей. Однако перестрелять 280 тыс. воинственных индейцев было не так-то просто. Тогда было решено действовать хитростью.