В Ида-Вирумаа отчаявшийся пчеловод отгонял от пасеки медведя топором и бензопилой

В районе охотничьих угодий Кийкла получившие специальное разрешение охотники уже две недели пытаются выследить любящего мёд молодого медведя, сообщает газета Maaleht.

Иллюстративное фото

Этот медведь-лакомка, громивший две пасеки в деревне Кийкла (волость Мяэтагузе, Ида-Вирумаа) в июне, пока не обнаружен охотниками, так как в тех же местах обитают также две медведицы: одна — с одним медвежонком, другая — с двумя.

У пчеловода-любителя Ааво Эльма остались либо пустые, либо разрушенные ульи, а у его соседа, украинца, также занимающегося пчеловодством, ульев уцелело чуть больше.

”У меня из девяти ульев сохранились только два, а у соседа, Владимира, из 11 — 3, — сказал Эльм. — Сосед, Володя, сам видел, как зверь опрокидывал первые ульи. Хотя он и пожилой человек, но тогда он побежал стремительно на медведя с топором, и тот удрал. Я бы не осмелился на это, но он поднял ульи и остался сторожить. Свет горел, радио играло, но медведь под утро вернулся. Володя тогда пошел с работающей бензопилой Husqvarna на медведя, и так они и гуляли друг напротив друга. Медведь передвигался на двух лапах и рычал, протестуя против того, что его не пускают к ульям”.

Сосед говорил Эльму, что медведь был еще не взрослым, 3-4-летним, и совсем не боялся человека.

Так как на его яблони и другие деревья ранее тоже покушался медведь, обламывая ветви, то Владимир подозревает, что это была та же особь.

Запугивание медведя бензопилой и другим шумом продолжалось ежедневно почти три недели.

”Жена у соседа из Сибири, она тоже медведей не боится, — сказал Эльм. — Муж сторожил пасеку вечером и в начале ночи, а жена — под утро. Husqvarna была в руках, и когда медведь появлялся, пилу запускали. Владимир в итоге отнес бензопилу в ремонт, так как из-за интенсивной эксплуатации она испортилась. Ему пришлось тогда ”бить в барабан” — обухом топора по жестяной крышке. Его сильно напрягало, что он не мог по ночам спать, но вот появились охотники, получившие особое разрешение на отстрел этого медведя”.

Медведь объявился в первую же ночь охотничьей засады. Опытный охотник не стал сразу нажимать на курок, подождал на всякий случай и увидел, что пришла медведица с медвежонком, а не докучавший пчеловодам молодой энергичный медведь, начавший сравнительно недавно самостоятельную жизнь.

После получения специального разрешения в засаде каждый день сидят два-три охотника.

”Именно на месте пасеки я делал только один выстрел в воздух, для отпугивания, так как это была медведица”, — говорит председатель охотничьего округа Кийкла Рейн Крийск.

В прошлом году в июне было выдано единственное особое разрешение на отстрел конкретного медведя в округе Вальту, в Рапласком уезде. До начала охотничьего сезона ту особь выследить не удалось.

”Особое разрешение легко не выдают, — сказал специалист по охотничьему хозяйству Департамента окружающей среды Марго Таммик. — Относительно этого медведя, в Кийкла, учитывали не только наносимый им ущерб, но и опасность, которую он представляет для людей, так как это животное достаточно смелое, людей не боится”.

Причиной погромов медведями ульев в этом году Таммик считает длинную весну, которой у этих лесных зверей не было возможности найти в природе достаточно еды.

По данным Департамента окружающей среды, эстонские медведи за половину 2017-го нанесли людям больший ущерб, чем за весь прошлый год. За 2016-й медведи уничтожили в Эстонии 171 улей, а за первое полугодие этого — уже 218. В 2015 году вред, нанесенный этими животными, был опять же большим, чем в 2016-м.

В этом году больше всего пчелиных семей медведи уничтожили в Ляэне-Вирумаа — 59, в Ярвамаа — 42 и Валгамаа — 26.

Департамент окружающей среды компенсирует ущерб, нанесенный медведями: стоимость уничтоженных ульев — в полном объеме, а стоимость забора пасеки — на 50 процентов, если ограждение построено согласно требованиям.

”Те пчеловоды, которые стали охранять свое имущество, к нам уже не обращаются. Превентивные методы все-таки действуют”, — говорит Марго Таммик.

”Можно себя успокаивать, что электрический пастух остановит медведя, но пользы от него нет”, — отвечает на это потерявший семь ульев на краю леса пчеловод Ааво Эльм.

Он держал там ульи уже 11 лет, но в этом году лесной мед уже не получит и ищет для выживших пчелиных семей новые места.