Протаранивший ворота на российско-эстонской границе: я надеялся, что будут стрелять

В ночь на 1 марта 2020 года Анатолий Богданов на внедорожнике вторгся в Эстонию: на российской границе он снес шлагбаум, а на эстонской протаранил ворота. В эксклюзивном интервью Delfi он впервые рассказывает о причинах, которые побудили его к этому. По словам Богданова, таким образом он планировал покончить жизнь самоубийством, поскольку жить в России больше не мог.

Российская сторона упорно игнорировала все запросы RusDelfi относительно происшествия на границе Ивангорода, когда внедорожник Mitsubishi Pajero с российскими номерами снес шлагбаум и проехал мимо КПП. За рулем автомобиля находился житель Петербурга Анатолий Богданов.

- Анатолий, год назад, даже меньше, в ночь на 1 марта, вы ворвались в Эстонию, протаранив два КПП. В прессе было мало информации как это происходило на российской границе.

- Пересечение границы проходило непланово. То есть, без документов, без телефона, без денег. Подъехал, посмотрел — и по газам. Хорошо получилось.

- Вам понравилось?

- Да, мне понравилось. Сейчас смотрю на то, что произошло и прикидываю: повторил бы я сей фокус. Наверно, повторил бы. Я не стал бы таранить эстонские шлагбаумы, уже заранее знал, где они, и остановился бы перед ними. Потому что это тоже было очень рискованно — в тот момент, как на той стороне, так и на этой находились люди.

- На российской границе вы снесли шлагбаум?

- Да, там еще солдатики выбежали, они пытались меня остановить. Они бежали на машину и рисковали жизнью, чтобы остановить опасного преступника.

- Они не пытались стрелять?

- Я надеялся, что будут стрелять. Но ничего этого не произошло. Они, раздвинув руки, бежали навстречу машине.

- Вы шли намерено на это?

- Да, намерено.

- Вы уже как-то сказали, что лучше эвтаназия, чем жить в России.

- Да. Это спонтанно вырвалось.

- Что этому предшествовало? Вот вы подъехали к границе…

- Да, естественно, некоторые события предшествовали. Во-первых, работа, стресс, депрессия, все это накапливалось комом. Случилась паническая атака, я теперь знаю что это такое.

- Как у вас это проявляется?

- Коммуникация отваливается, дыхание, какие-то загоны, негативные мысли.

"Не надо заигрывать с властями России. Это не те люди, с которыми можно играть в наперстки или в карты"

- Можете вспомнить утро того дня?

- Созвонился со старым знакомым, чтобы пивка выпить, и обсудить, как и где еще можно заработать денег.

- Побуду Дудем, сколько вы зарабатывали?

- В хороший год 5000 рублей в день — это оборот по компании. Надо еще учитывать расходы этой компании: аренду офиса, обязаловка, аренда поддержки серверной, каналы и так далее, так далее.

- После той встречи с приятелем, куда вы пошли?

- Сначала покурил на улице, потом поехал к себе домой.

- Жене не сказали куда потом собираетесь?

- Нет, это было спонтанное решение, вот прямо здесь и сейчас.

- Вы когда ехали на границу, уже планировали, что будете таранить шлагбаумы?

- Нет, я не представлял, что будет. У меня была другая цель — это суицид. Я рассчитывал, что будет если…Едет грузовик, 40 тонн. Но водитель же не виноват, зачем его подставлять? Решил попробовать на границе, что там будет. Будут стрелять — хорошо, отлично.

- А что послужило триггером к суициду?

- Звонок. На протяжении длительного времени, больше чем полгода, меня шантажировали заведением уголовного дела, как дело ”Сеть”.

- Поподробнее можете рассказать?

- Нет. Только это.

- Что вы ждете от властей Эстонии?

- Я жду — не только по отношению к себе — изменения позиции к тому, что происходит в России. Не надо заигрывать с властями России. Это не те люди, с которыми можно играть в наперстки или в карты. Карты все крапленые. Они думают только о себе, больше ни о ком.

- Все это время вы находились в Эстонии?

- Да.

- Вам суд вынес три месяца заключения, вы находились в тюрьме.

- Да.

- После этого вы где находились?

- В центре размещения беженцев.

- Что вы можете сказать об условиях содержания в эстонской тюрьме?

- Для меня это был курорт, и реально детокс от России, от российской действительности. Я наслаждался тем, что жив, могу читать книги, общаться с сокамерниками. Со стороны сотрудников нормальное отношение. Никто не выражал своего недовольства. Хотя там был такой прикольный момент: как только я попал в Вирускую тюрьму, то попросил ребят дать почитать какую-нибудь книгу. Они дали мне две книги: ”Путь к богу” и ”Каждый сам за себя”. Я так посмотрел… Ну да, эстонцы жгут.

- Тем не менее, вы обещали что в течение трех месяцев выучите язык. Kas nüüd räägite eesti keelt?

- Natuke.

- Какие-то фразы уже понимаете.

- Да. Интересно учить язык. У нас хороший преподаватель, очень интересно преподает.

- Остальное время вы находились в центре беженцев. Сколько вы еще будете там находиться?

- Не знаю. Сейчас готовятся документы на апелляцию, все зависит от административного суда, который решит, имею ли я право получить статус беженца.

- Когда будет вынесено решение?

- В течение 3-4 месяцев.

- А потом что?

- Потом депортация, скорее всего. Я реалист и понимаю, что шанс получить убежище у меня один из миллиона. Статистика такая — прочитал на Delfi, что в прошлом году в Центре беженцев находились 70 человек и только трое получили позитивный ответ.

"Что ждет в России? Думаю, десяточка"

- Если вам придется вернуться в Россию, какие ваши дальнейшие шаги?

- Не знаю пока. Мой горизонт планирования до даты решения суда, там посмотрим. Потому что есть предписание на добровольный выезд в течение 30 дней.

- У вас там семья, вы общаетесь с ней?

- Уже нет, с середины декабря не общаюсь. У меня есть своя точка зрения, но есть еще и вторая точка зрения. И я ее не знаю. Я бы не хотел какие-то пунктики ставить. Да, мы вместе прожили 20 лет.

- Наверняка вас ждет ваш ребенок.

- Нет, никто не будет ждать. Действительность такова, что человек, любой человек, он нужен только самому себе.

- Это вы пришли к этому выводу, находясь в эстонской тюрьме?

- Совершенно верно. Раньше я жил для кого-то, давал что-то и делал что-то. Но, для меня вселенная поменялась, я себя поставил в ее центр. Это постепенное понимание того, что — кто, зачем, почему.

- Вы не боитесь возвращаться в свете того, что там вам светит наказание?

- Я шутку придумал по этому поводу. Спросите меня, вернусь ли я в Россию.

- Вернетесь ли вы в Россию?

- Я же не Навальный.

- Вы уже знаете какой срок вам светит в России?

- Я думаю, десяточка.

- Вы знаете какие условия содержания в российской тюрьме, если их сравнить с Эстонией?

- День и ночь. По материалам прессы: могут избить, могут убить, все что угодно.

- Это одна из причин по которой вы боитесь возвращаться?

- Да, совершенно верно.

- А кто может убить?

- Это не конкретный какой-то человек, сама система так работает.

- Как в случае с Навальным?

- Нет, я не такая фигура.

- Я не про способ.

- Это мое первое интервью. Я понял, что вы намекаете на Тесака. Это может произойти любым способом. Как только я пересеку границу, можно будет придумать и навесить все что угодно. Абсолютно все, вплоть до расстрела маленьких детей.

- На вас это обвинение могут повесить, вы имеете в виду?

- Я говорю о фабрикации дел, да. Можно придумать все что угодно.

"То, что Путин у власти — виноваты абсолютно все"

- Когда в России изменится жизнь?

- Никогда, люди деградируют.

- Россияне?

- Абсолютно.

- Кто в этом виноват?

- Все. То, что Путин у власти — виноваты абсолютно все.

- Это причина того, что люди деградируют?

- Да, и они не понимают этого. Они находятся в определенном окружении, в котором они существуют, и в котором всех все устраивает.

- А как вы это поняли?

- Путем размышлений. Чтение, того же твиттера.

- Кого читаете в твиттере?

- ОВД-инфо, Дарью Беседину, Евгению Альбац, Павла Чикова, Максима Миронова, Центр цифровых прав, ”Протестную Москву”, Ёлкина, Space X, Марка Федина, Право Ру, Романа Федорцова. One cent, Потапенко, Ходорковского, Резника, Ливиева, Бориса Джонсона.

- Думаю, достаточно. Навального я не услышал.

- И на него я подписан.

- Звоночком на ваше отношение к власти стало происшествие девятилетней давности, когда вы попали в аварию, после которой встали на протезы? Тогда вы добивались справедливости, чтобы получить компенсацию от городских властей.*

- На один протез. То событие наоборот утвердило мое мнение, что бороться бесполезно. Я потратил 2 или 3 года и ничего не добился.

- Вас признали виновным?

- Да, меня признали виновным в ДТП.

- Что там произошло?

- В правой полосе и на стыке мост образовалась выбоина. Колесо попало в эту выбоину и вырвало рулевую тягу. Я врезался в разделительно ограждение.

- В российской прессе писали о том, что у вас были проблемы с бизнесом. Так ли это?

- Нет, не так. Он работал, приносил прибыль, доход, обороты были, услуги оказывались. Да, не был на том уровне, как в 2014-м или 2011-м году. Но бизнес работал.

- 2014-й год на вас все-таки повлиял.

- Да, безусловно.

- Что вы думаете о событиях 2014-го?

- Я думаю, что не просчитывались какие-то далеко идущие вектора событий, которые могут повлечь эти события, цепочки других событий. Никто об этом не думал. Они думали, ну вот мы сейчас это сделаем и все будет хорошо. Не будет.

- В прессе писали, что у вас возникли проблемы с бизнесом.

- Был намек такой в российской прессе, потому что они взяли выписку из налоговой, что мы год закончили с убытками. Да, это так, но услуги оказывались, зарплаты платились, все работало. Купили оборудование на 10-15 тысяч евро для модернизации. Это же тоже расходы. Поэтому получился убыток.

- Этот бизнес у вас сейчас существует?

- Нет, он уже не мой.

- Грубо говоря, его отжали?

- Да, это был рейдерский захват. Когда я позвонил из Вируской тюрьмы сотруднику, то услышал следующую фразу: мы будем поддерживать и дальше работу компании, если ты оформишь ее на меня. Я посмеялся, было очень забавно слышать, потому что кроме него в природе существовала еще одна персона, которая тоже хотела приватизировать бизнес. Я ему сказал, что тебе надо сначала с этим человеком поговорить. Уже после того, как они завладели компанией, мы договорились, что я ее им передам, чтобы все дальше продолжало работать. Я считаю, что это обоснованный, нормальный шаг ради клиентов.

Если там случаются какие-то проблемы, то клиенты мне до сих пор пишут. Я им пишу, что надо делать.

- Все же принимаете участие в работе?

- Все меньше и меньше. Это сводится к минимуму, там тоже грамотные специалисты, достаточно хорошо разбираются в IT.

- На что вы сейчас живете?

- В Центре беженцев предоставляют 150 евро, и на эти деньги живу.

* Как писала "Фонтанка", утром 17 февраля 2011 года в Петербурге на скользком Малоохтинском мосту столкнулись четыре автомобиля. Mitsubishi Богданова и его самого насквозь прошило рельсом заграждения. Его госпитализировали с массированной кровопотерей и без шанса на прежнюю жизнь. Его сыну был месяц.

Встав на протезы, Богданов попробовал судиться с городскими властями. Подал иск о возмещении ущерба от ДТП к ”Мостотресту” и двум комитетам Смольного, следует из картотеки ГАС ”Правосудие”. Чиновники свою ответственность не признали. Тяжба длилась больше двух лет, Красногвардейский районный и Санкт-Петербургский городской суды в компенсации Богданову отказали.