Политбеженец из России: у русских Эстонии — удобная жизнь (интервью)

Укрывающийся в Таллинне эколог Сурен Газарян удивляется, что эстонцы не бойкотируют Олимпиаду в Сочи, пишет Eesti Ekspress. Сурен Газарян (39) — один из российских оппозиционеров, получивших политическое убежище в Эстонии. На родине его, борца против Олимпийских игр в Сочи, ждала бы тюрьма — за предполагаемую попытку убийства.

Скучаете по России?

Трудный вопрос. Конечно, я скучаю по семье и дому, но не по российскому государству. Я больше не чувствовал себя там безопасно, и мне пришлось встать перед выбором — вероятное тюремное заключение или отъезд. Я скучаю по природе и друзьям, но что ж могу поделать, если не вижу их. Скучаю по русскому языку и общению с русскими. Хотя здесь много русскоязычных людей, они не понимают проблем России. Они смотрят российские телеканалы, и это их единственный источник информации. Я думаю, что у русских Эстонии — удобная жизнь. Они могут быть не самыми богатыми, но госуслуги действуют, поэтому им здесь проще.

Против вас возбуждено два уголовных дела. Первое деяние, за которое вас осудили условно, не относится — прощу прощения! — к самым разумным. Вы написали на заборе ”Саня — вор". Зачем это было нужно?

Ну, это же не уголовное преступление! Если честно, то я не сожалею об этом поступке, скорее, обо всем том, что происходит в России. Скажу честно, это граффити было вообще не моей идеей. Нас было там примерно десять человек, и у пары девчонок возникла идея написать такое на заборе. Саня — это прозвище нашего тогдашнего губернатора (Краснодарского края. — Ред.) Александра Ткачева.

И все же почему этот Саня — вор? 

Он же украл государственный лес. Построил себе дачу, прибрал там к рукам много леса, огородил все стеной. Мы разослали десятки писем, связались с экс-президентом Дмитрием Медведевым. Он пообещал решить проблему, однако ничего не изменилось. Это граффити было последней попыткой привлечь внимание к ситуации. 

(Газаряну дали три года условно — за вандализм. Полгода спустя его обвинили в попытке убийства. По утверждению Газаряна и правозащитников, возникла потасовка с одним охранником. Газарян схватил камень и пригрозил, что бросит его, если охранник подойдет ближе).

Когда вам стало ясно, что вы должны покинуть Россию? 

В декабре 2012 года следователи сообщили, что против меня возбуждено второе уголовное дело. Я связался с юристами, и  они сказали, что, если меня признают виновным, то меня ожидает реальное тюремное заключение.

Вы прибыли сразу в Эстонию? 

На самом деле сначала я отправился в Грузию и намеревался остаться, но там поменялось правительство. Получение статуса беженца усложнилось. Кроме того, истек срок действия моего паспорта, поэтому я должен был уехать куда-то, где можно было бы получить убежище. Эстонию выбрал потому, что знал нескольких человек, которые уже перебрались туда.  

Здесь, на одном семинаре, у вас был конфликт с русским Эстонии, шовинистом (именно такое слово использует журналист Eesti Ekspress. — Прим.ред.) Артемом Демидовым. Местные активные русские считают вас предателем? 

На самом деле это совсем не так. Я, например, несколько раз общался с известным журналистом Александром Корниловым, но никакой напряженности между нами нет. Он считает, что я глуп, но не более. Демидов был в то же время сумасшедшим. После конфликта он пошел и в полицию, но за это я ему только благодарен, так как встретился там с очень приятным следователем. Пару недель спустя расследование окончилось, в адрес полиции у меня в связи с этим случаем — только хорошие слова.

Одна партия постоянно твердит в Эстонии, что в России все хорошо и здешняя пресса занимается демонизацией России. Что вы об этом думаете? 

Думаю, что истина где-то посередине. В России, конечно, не все плохо, люди в России дружелюбные. И по отношению к эстонцам, поскольку ведь русские не считают, что эстонцы для них реальная угроза или враги. А вот с государством проблемы есть, и здесь Россия, конечно, не является для Эстонии никаким примером — жуткая коррупция, в обществе очень мало свободы. Я думаю, что партия Сависаара играет с огнем.

Ваша самая серьезная деятельность касалась загрязнения окружающей среды, сопутствующего сочинской Олимпиаде. 

Дела ухудшились во время второго президентского срока Путина. К примеру, разрешили спиливать деревья, находящиеся под охраной, если они мешали олимпийской стройке. Спортивные центры и инфраструктуру начали возводить прямо на природоохранных территориях. Прежде это было запрещено. 

Сколько раз вас задерживали? 

Шесть или семь.

А разве Олимпиада не может быть для России позитивной? С ее помощью можно привлечь внимание мира к коррупции и правам человека. Если бы не Олимпиада, происходящее в России ведь не так интересовало бы зарубежные СМИ?

Я не верю, что она что-то изменит. Если нет демократии, и изменить ничего нельзя. Власти ничто не колышет. Я и сам дважды участвовал в выборах и видел, как шла подтасовка. Вписывали просто те результаты, которые хотели видеть. Вместе с тем я не понимаю, почему эстонцы едут на Олимпиаду. Патриархальную эстонскую деревню полностью уничтожили, тогдашнюю жизнь, сельское хозяйство и скотоводство сделали невозможными. Но нет, эстонцы не бойкотируют Олимпиаду, так как уже вроде заключили договоры со спонсорами и поэтому не могут не поехать. 

А как вы зарабатываете на жизнь? 

Я связан с Германией — уже с 2005 года. Мою научную деятельность финансирует Фонд  Volkswagen, а работаю я в Грузии. Изучаю тамошних лесных летучих мышей. Помимо этого, участвую и в работе фондов, созданных Навальным. Помогаю им по вопросам охраны окружающей среды.

В конце интервью Газарян признается, что диссидентом себя не считает. Скорее, одним из тех миллионов, которые по каким-то причинам не могут жить на родине. ”Не верю, что в России что-то быстро изменится, я могу остаться в Эстонии на годы", — говорит он. 

Даннар Лейтмаа, Eesti Ekspress