История Старого Города в фото и «Елочная топография» Таллинна

Четыре выходных дня подряд на Рождество и еще три — на Новый год — лучшее время, для того, чтобы отправиться на прогулку по самым «елочным местам» Таллинна.

А еще можно не вставая с кресла совершить увлекательную экскурсию в прошлое Старого Таллинна. Ниже для вас елочная история и старые фото нашей столицы...

От участия в бессмысленном состязании с соседней Ригой за звание «родины рождественской ели» Таллинну, слава Богу, похоже, хватило ума раз и навсегда отказаться.

Зачем, спрашивается, и чего ради? Ведь и без того «елочная тема» вплетена в таллиннское городское пространство давно и причудливо — покрепче электрической гирлянды среди еловых лап.

Очевидные и неожиданные, широко известные и основательно подзабытые, привычные и малознакомые, они наполняют Таллинн атмосферой праздника, позволяя ощутить его морозное дыхание даже в самый дождливый декабрь.

Основа легенды

Эпицентр рождественско-новогоднего веселья в центре столицы — вне сомнения, Ратушная площадь: главная городская елка возвышается над предпраздничной суетой именно здесь.

Еще лет двадцать назад решетку установленной вокруг нее ограды украшала пластиковая «мемориальная табличка»: дескать, впервые рождественское дерево на этом месте установили в 1441 году.

В основе легенды — регламент проведения праздничных пиров в Братстве Черноголовых, составленный ровно пятьсот семьдесят четыре года назад: среди прочих , упоминается и должность некоего «носильщика дерева».

Хроника Бальтазара Руссова, написанная через полтора века, уточняет, что дерево Черноголовые несли от своего дома до Большого рынка всё же не на Рождество, а на Масленицу, а затем сжигали (как сжигали чучело).

Имеются, правда, сведения, что в ритуале «несения дерева» во время своего первого приезда в Ревель принимал участие государь Петр Алексеевич, а его-то визит в город точно датируется концом декабря 1711 года.

Но «несение дерева»» — еще не установка его посреди главной городской площади на длительный срок. А сожжение самой ели — совсем не то же самое, что зажжение на ее ветвях праздничных свечей.

Впервые елочная иллюминация зажглась на установленной перед зданием ратуши елке только в декабре 1928 года. И сразу же — стала объектом критики: нечего, мол, улицу за казенный счет освещать.

Дебют оказался неудачным: вновь на Ратушную площадь главный символ зимних праздников вернулся лишь в начале восьмидесятых годов прошлого века. Хочется верить — навсегда.

Живой СИМВОЛ

Если «самая елочная площадь» столицы, вне сомнения, находится в самом сердце ее исторического ядра, то «самая елочная улица» — в районе, бывшем изначально не частью Таллинна, а отдельным городом.

Квартал между трассой Пярнуского шоссе и железнодорожным полотном обогатился двумя топонимами «хвойного происхождения» летом 1930 года: на карте Нымме были зафиксированы улицы Куузе и Мянни — Еловая и Сосновая.

Первой из них могло бы и не повезти: после присоединения Нымме к Таллинну выяснилось, что в столице у улицы имеется тезка. Во избежание путаницы нымеский топоним… урезали на две буквы: была Куузе, стала — Куу, то есть — Лунная.

Переименование оказалось недолгим: к Рождеству сорок первого года очередная, на этот раз — немецкая, власть восстановила упраздненный
предшественниками изначальный топоним. На том переименования улицы и завершились.

Нынешняя Куузе невелика — четыре адреса: довоенного облика двухэтажный дом с верандой, много-квартирник наших дней, обшитая сайдингом старая постройка и нечто странное, замыкающее уличную перспективу сетчатыми воротами.

Не ахти каких архитектурных достоинств ансамбль изрядно разбавлен разнообразной зеленью: липы, осины, сирень, еще какой-то декоративный кустарник, «фирменные» ныммеские сосны.

Ель же на Еловой улице всего одна — да и та забита кроной разросшегося лиственного дерева. Жаль, только, окрестные жители не наряжают ее к
зимним праздникам. Всё же — живой символ.

Рынок и базар

Украшать огнями гирлянд растущее дерево — обычай относительно новый: в Таллинне он был впервые задействован на углу улиц Кундери и Крейцвальди в конце декабря 1941 года.

К тому времени в домах горожан огни на елках привычно загорались вот уже более века: если поначалу хвойных красавиц везли в баронские резиденции из загородных поместий, то с демократизацией обычая в городе заработали елочные базары.

По крайней мере с восьмидесятых годов позапрошлого столетия елками в Ревеле торговали перед Кузнечными воротами — наряду с сеном, соломой, метлами, вениками и прочими немудреными деревянными изделиями.

В год двухсотлетия взятия города российскими войсками Сенной рынок стал Петровской площадью. Торговать у подножия памятника императору стало несолидно, и елочный базар переехал чуть юго-восточнее.
По свидетельствам газетных репортеров столетней давности, вся территория от Иоанновской церкви до самого театра «Эстония» превращалась за неделю до Рождества в настоящий елочный лес.

В столице довоенной ЭР существовали и альтернативные места продажи — торговали елками, например, у арки пробитых в городской стене ворот на улице Суур-Клоостри или в сквере у Балтийского вокзала

Но негласная слава «елочного базара» номер один за современным парком Таммсааре продержалась до конца сороковых — пока Центральный рынок не был перенесен на нынешнее место.

Искусство экологии

Торговая слава парка Таммсааре — исторического Нового рынка, равно как и его «продолжения» — площади Виру (бывшего Русского рынка), принадлежит всё же прошлому.

С елочной — всё не так однозначно: традиция устанавливать в сквере перед памятником литературному классику «елку» на металлическом каркасе как-то не прижилась. Зато на северной стороне площади Виру «вырос» целый ельник.

Правда, заметить его не так-то просто. Лучше всего — встать спиной к главному входу в одноименный отель и устремить взор на противоположное здание — построенную в 2007 году гостиницу Nordic Hotel Forum.

От всех прочих заведений гостиничного бизнеса ее отличает не только роспись по стеклу, зашивающему фасад со второго этажа по седьмой, но и густым частоколом… елочек на крыше.

Архитектор Индрек Алльман решил посадить их в столь неожиданном, на первый взгляд, месте в количестве двухсот шестидесяти семи — по количеству номеров в спроектированном им отеле.

Елочки, вроде бы, призваны также указывать на северный характер эстонской природы и важность для местного населения экологической гармонии и «зеленого» образа жизни.

Всё это, конечно, так, да только вот на крыше расположенного в самом центре столица отеля деревца решили установить всё же не натуральные, а искусственные.

***

Будет ли Таллинн удостоен почетного звания «Зеленая столица Европы», выяснится в августе наступающего года.

Но упомянутые «елочные адреса» (перечень их при желании можно продолжать и продолжать) свидетельствуют: «вечнозеленой столицей» город является давно и однозначно.

Что, конечно, не может не радовать — ведь из прочих обязательных атрибутов Рождества и Нового года елки создают праздничную атмосферу таллиннцам вне зависимости от любых капризов климата.

Йосеф Кац / «Столица»