Как 25 лет назад эстонские школьники готовились в «бункере» к войне с СССР

«Ребята из бункера» вспоминают, как покупали оружие у советских солдат и сами делали бутылки с зажигательной смесью. Они, к счастью, так и не пригодились.

Иллюстративное фото

У таллиннского Вышгорода стоят трое мужчин среднего возраста: 43-летний житель Таллинна Андрус Румм (Andrus Rumm), 40-летний житель Тарту Стен Аллик (Sten Allik) и 47-летний житель Пярну Магнус Ребане. Этот внутренний двор на улице Висмари очень важен для них всех, и совсем не потому, что здесь расположена парковка, на которой можно оставить машину на сутки всего за три евро. В 1991 году на этом месте находился подлежащий сносу двухэтажный деревянный дом. На верхнем этаже жили учащиеся. Нижний этаж называли «бункером». Здесь Румм, Аллик и Ребане готовились к худшему — воевать против Советского Союза.

Мужчины прячутся от проливного дождя под деревьями. Погода в августе в Таллинне такая же непредсказуемая, как и ход истории. Об истории напоминает находящееся рядом здание, где раньше располагался вытрезвитель.

Кто-то написал на стене историческую дату: 19.8.1991. В тот понедельник консерваторы захватили власть в Москве. Поздним вечером следующего дня Эстония воспользовалась моментом и провозгласила независимость. Два дня спустя 21 августа переворот был объявлен неудавшимся, но развал Советского Союза уже нельзя было остановить. К концу года кроме Эстонии независимость получили еще 14 других государств.

В тот раз опасная ситуация закончилась поражением хунты. Но никто не знал, не повторится ли подобное в будущем. Угроза насилия оставалась до тех пор, пока советская армия находилась в Эстонии.

Тогда никто не смог бы предположить, что возвращение независимости Эстонии войдет в историю как марш безнасильственного сопротивления, революция с песнями. Эстония была единственной страной, которая вышла из СССР без жертв.

Это было чудо, о котором помнят «ребята из бункера». «Мы думали, что погибнем», — говорит Румм.

В «бункере» Маргус Ребане и еще один мужчина, отслуживший в Советской армии, проводили занятия в группе из 28 молодых людей. Ребане прервал свое обучение на театрального режиссера и занялся преподаванием тех навыков, которые он получил за два года обязательной военной службы в Афганистане.

Подобные полувоенные группы, созданные по собственной инициативе, действовали по всей Эстонии. Вместе они составляли охранный корпус, но официального статуса он еще не имел. По разным оценкам, организация насчитывала около трех тысяч человек.

Снаряжение «ребята из бункера» получали от советских солдат. «Суббота была рыночным днем», — говорит Ребане. Они устанавливали контакты с солдатами оккупационной армии на знаменитом рынке Мустамяки, куда заглядывали и финские туристы, чтобы купить сигареты, пиратские диски, тренировочные костюмы и значки с Лениным.

«Одетые в штатское советские солдаты продавали обмундирование: одежду, ремни, сапоги, вещмешки», — объясняет Ребане. — Для них это был вопрос жизни и смерти. Была ужасная инфляция. Им даже еды не хватало«.

После того, как были установлены доверительные отношения с советскими солдатами, «ребята из бункера» решились спросить не только о безобидном обмундировании. В конце концов, они получили ручные гранаты и ручной гранатомет у небольшого подразделения морской пехоты, размещенного в районе Копли. Пулеметы были получены у пехотного дивизиона, размещенного в районе Тонди, униформа десантников — в русскоязычном поселке Каллавере.

Деньги ребята получали, продавая приобретенное другим членам организации охранного корпуса, или от пожертвований.

В памяти Ребане осталось собрание Конгресса Эстонии, проходившее в театре «Эстония». Конгресс был представительным органом граждан, выступающих за независимость, альтернативой Верховному Совету, который был частью советской системы. Ребане с членами охранного корпуса обеспечивал на этом собрании безопасность. Там он познакомился со многими людьми и рассказал им, что у молодежи есть возможность покупать оружие у советской армии, но денег у них нет.

Некоторые представители Конгресса отказались дать деньги, но один эстонский полковник вывел Ребане из театра и вынул из брюк ремень. В ремне было спрятано 400 долларов.

К августу 1991 года, когда наступил критический момент, в «бункере» было собрано военное снаряжение для десяти человек: два пулемета, пять автоматов и штурмовых автоматов, три винтовки, ручной гранатомет и ручные гранаты, тысячи снарядов. Часть из них была изъята из тайников, сохранившихся со времен Второй мировой войны.

«Было время анархии», — говорит Стен Аллик. Он был в то время пятнадцатилетним школьником, который вырос в семье художника. В Доме писателей он встретился с Ребане, который пригласил его в «бункер».

«В нашем доме прятали флаги Эстонии и жили мечтой о независимой Эстонии», — объясняет Аллик свой выбор.

Аллика и других «ребят из бункера» окрыляло романтическое сравнение с Эстонской освободительной войной (1918-1920). Тогда, в неясной мировой политической обстановке, школьники приняли участие в войне наряду со взрослыми, и Эстония отделилась от России. Мальчики читали в «бункере» книги об освободительной борьбе и военные учебники Советской армии.

«Это добавляло юношеской романтики и безрассудной смелости», — рассказывает теперь Аллик.

Во времена «бункера» Румм был 18-летним школьником. «Помню, как делал бутылки с зажигательной смесью на кухне у себя дома», — рассказывает он.

О неразберихе тех дней говорит и то, что милиция, подчинявшаяся Министерству внутренних дел Советского Союза, превратилась в полицию, подчинявшуюся Министерству внутренних дел Эстонии. Желтые милицейские машины перекрасили в сине-белые машины полиции.

Ребане рассказывает, что однажды в их «бункер» зашел полицейский, одетый в форму милиции, чтобы посмотреть, что они там делают. Бункер был расположен во внутреннем дворе прямо за полицейским участком. Хотя на стене висела винтовка, и вокруг разгуливали ребята, одетые в военную форму, этот визит не имел последствий.

По воскресеньям ребята бегали на берег моря тренироваться и возвращались обратно через старый город в советской форме, к которой был прикреплен флаг Эстонии и лента охранной организации. Это был их способ протеста против советской системы.

Летом, до того, как Эстония объявила о своей независимости, ребята побывали в тренировочном лагере на юге Эстонии, где они обучались военному искусству. Среди преподавателей были два финна-добровольца, рассказывает Ребане.

О возможности военного столкновения в Эстонии не говорили. В стране было две одновременно работающих добровольных организации национальной обороны. Наряду с охранным корпусом в стране действовали сформированные по инициативе премьер-министра Эдгара Сависаара (Edgar Savisaar) отряды местной обороны.

Кроме этого, в Эстонии находились многочисленные базы Советской армии с тяжелым вооружением и десятки тысяч советских солдат. Просоветски настроенное Интернациональное движение трудящихся Эстонской ССР создало свои полувоенные отряды, и у преступников тоже были свои вооруженные группировки.

20 августа 1991 года из Пскова в Таллинн прибыли советские десантные войска. Они были самыми вероятными противниками «ребят из бункера».

«Колонна из сотни военных машин, которая появилась в городе в полдень, заставила жителей пасть духом», — сообщала газета Helsingin Sanomat из Таллинна 21 августа 1991 года.

«Ребята из бункера» не были в числе тех, кто пал духом. «День был очень насыщенным», — вспоминает Ребане. Он организовал оборону Дома радио и телевидения, который находился в центре Таллина рядом с нынешним отелем Hilton. «Мы обсуждали, какую дорогу какие грузовики будут блокировать».

На крышу пятиэтажного здания ближайшей школы были принесено 30 бутылок с зажигательной смесью, которые сделали «ребята из бункера». «С крыши было бы удобно стрелять, а ее форма облегчала побег», — говорит Ребане.

Других «ребят из бункера» там не было. Аллик и Румм не были на месте событий, они вместе с другими ребятами оставались в «бункере» и ждали приказаний к выступлению. У них было одно четкое правило: первыми оружия не применять.

Самая критическая ситуация в Таллинне была 21 августа 1991 на телевизионной башне, которую, за исключением центральной станции, захватили псковские десантники. На следующий день псковские войска все-таки ушли из Таллинна.

«Наверное, бутылки с зажигательной смесью так и остались на крыше школы», — думает Ребане.

Героические подвиги четвертьвековой давности кажутся сейчас Румму, Аллику и Ребане странными. «Но тогда это было должной реакцией на происходящее», — говорит Румм. — Другим вариантом было занять позицию жертвы. Мы не хотели быть жертвами«.

Дождь во внутреннем дворе так расходится, что мужчины переходят из-под деревьев под крышу гаража. Спустя 25 лет война вновь говорит с «ребятами из бункера».

«Часто кажется, что определенная историческая ситуация больше не повторится. Но все может очень быстро измениться», — говорит Стен Аллик. Он был отправлен в зону военных действий в Афганистан и в Центральноафриканскую республику.

«Если в Эстонии начнется война, она будет связана с потрясениями в других частях мира», — добавляет он.

Тревога о возможности войны отражается в увеличении числа членов охранного корпуса. Андрус Румм вернулся в организацию в 2008 году. Его обеспокоили волнения русскоязычного населения, начавшиеся за год до этого. Военные действия России на Украине тоже отразились на организации. С момента получения Эстонией независимости число членов организации выросло в пять раз: теперь их более 15 тысяч.

28 «ребят из бункера» сейчас занимаются кто чем. Один стал хозяином мельницы и производит экологически чистую муку. Другой организует увлекательные поездки на Северный Ледовитый океан. Третий стал дипломатом. Еще один остался обычным обывателем Таллинна.

После ухода Советской армии в 1994 году Магнус Ребане и Стен Аллик уехали в Финляндию для прохождения военного обучения. Аллик сейчас имеет звание подполковника и занимает должность начальника исследовательского центра в военном училище. Ребане стал майором и работает сейчас военным наблюдателем ООН на Ближнем Востоке.

Андрус Румм выбрал другой путь. Он начал учиться в художественной академии и стал дизайнером ювелирных изделий.

Сейчас Магнус Ребане считает, что ненасильственное освобождение Эстонии было результатом стечения многих обстоятельств.

Андрус Румм добавляет: «Может быть, в этом и заключалась главная мудрость».