Симпатии к России лечат электрошокером. Латвийская Полиция безопасности пытала игроков в страйкбол.

Пишет Владимир Линдерман, председатель партии «За родной язык!» из Латвии: Военно-русофобская истерия, которую методично подкачивают латвийские власти, должна была рано или поздно выплеснуться в какой-то эксцесс. И вот эксцесс случился.

28 августа несколько десятков страйкболистов собрались в Озолниекском крае, примерно в 30 км от Риги, чтобы поиграть в свою любимую игру. Приехали четыре команды. Сценарий игры предполагал, что часть играющих имитирует военных НАТО, часть — российских. Никакой политической нагрузки это не несет, латвийское айрсофт-сообщество вообще сторонится политики. Военная форма нужна для идентификации участников во время игры.

Читайте также: Певца Олега Газманова в Вильнюсе не пустили дальше аэропорта

Группа страйкболистов «Восток» на полигоне «Далбе». Кадр из видеоролика группы «Восток».

Игроки едва успели собраться на общее построение, как на полигон с включенными звуковыми сиренами влетели черные пикапы, из которых десантировались бойцы Полиции безопасности.

Страйкболистов закидали шумовыми гранатами, после чего положили на землю — лицом вниз, руки за голову. Попытки объяснить — мы не диверсанты, а игроки в страйкбол — жестко пресекались с помощью электрошокера и ударов ногами по ребрам. Всем завязали глаза.

Через некоторое время прибыла группа дознавателей, и начались допросы. Рассказывает один из страйкболистов (условный «натовец», кстати):

«Меня допрашивали четыре человека. Я видел четыре пары ног, когда мне развязали глаза, чтобы я мог показать в телефоне копию паспорта… Велели назвать имя, фамилию, дату рождения и номер телефона. Не понравилось, что я говорю тихо, дали разряд электрошокером. Мой родной язык — русский. В такой стрессовой ситуации стал путаться в словах и говорить что-то по-латышски, что-то по-русски. Получил еще раз разряд током.

Спрашивали: какой язык государственный? На любые ответы по-русски — удар электрошоком!

Вопросы были, на которые они и так знали ответы — кто мы, что здесь делаем, кто капитан команды, как тренируемся? Сказал, что мы не тренируемся, а играем в свое удовольствие. Ответ не понравился. Дали разряд током. При этом ударили головой о бетонный пол. Слава Богу, обошлось без сотрясения.

В конце устроили показательное избиение капитана одной из команд. Всем велели внимательно слушать и запоминать! Стали говорить, что мы являемся бандформированием, которое хочет подорвать независимость Латвии. Что хотим устроить тут то же самое, что на Украине. И если мы еще раз соберемся играть (особенно те, кто играют в российской форме), они приедут снова».

Версия Полиции безопасности такова. Якобы поступил сигнал от местных жителей, принявших игроков в страйкбол за проникших на латвийскую территорию российских военных. Мол, ввела в заблуждение российская форма. Полиция оперативно прибыла на место и во всем разобралась.

Игроков в страйкбол «приняли за проникших на латвийскую территорию российских военных».

Это абсурдное объяснение послушно воспроизвело большинство СМИ, как латвийских, так и российских. Хотя его лживость очевидна.

Во-первых, играющие собирались на этом полигоне много раз, иногда приезжали полицейские, проверяли документы, и этим все ограничивалось.

Во-вторых, сотрудники ПБ прибыли на «операцию» без огнестрельного оружия, значит, понимали, что едут «брать» страйкболистов, а не вооруженных диверсантов.

В-третьих, зачем допросы и пытки, если сразу стало понятно, что произошла ошибка?

Полагаю, это была учебная тренировка. На страйкболистах отработали захват группы военнослужащих противника, с последующим жестким допросом пленных.

Политический смысл операции — запугивание. Все, кто с надеждой смотрит в сторону России, должны уяснить: за это будут бить. Не в переносном, а в самом прямом смысле, физически.

У человека, как у животного, вырабатывают рефлекс: поддерживаешь Россию — получи ногой по ребрам или удар током.

Врачи констатируют травму от электрошокера, ушиб головы, лицевые травмы.
Фрагмент документа. 

Это очень знаковый инцидент. В 1990-х и вплоть до середины 2000-х ПБ практиковала физическое насилие. Избирательно, но практиковала. Потом эти методы исчезли. Теперь они снова возвращаются.

Нас проверяют на «слабо», и если не сможем дать отпор, то забьют и затопчут. Нас — имею в виду не только общественных активистов, но всех, кого власти подозревают в пророссийских настроениях.

Важно, чтобы пострадавшие добились возбуждения уголовного дела.

В данном случае это реально, поскольку подобные брутальные методы еще не стали рутиной, и правоохранительным органам будет сложно отмахнуться.

Налицо целый букет статей уголовного закона: пытки, нанесение телесных повреждений (несколько страйкболистов сразу посетили врача, зафиксировали травмы), превышение служебных полномочий. Главное, чтобы хватило крепости духа у самих пострадавших.

Все очень серьезно. Не вижу повода для шуток-прибауток. Те, кто вчера геройствовал на полигоне, завтра с таким же усердием будут конвоировать неблагонадежных в концлагерь. Во всяком случае, они мечтают об этом.