Интересный факт: до недавнего времени в истории человечества синего цвета не существовало!

Поговорим о том, как люди видят мир и как, не имея возможности что-либо описать, даже нечто настолько фундаментальное как цвет, мы не замечаем, что оно существует.

До сравнительно недавнего времени в истории человечества «синего» цвета не существовало. В древних языках не было слова для обозначения синего цвета — ни в греческом, ни в китайском, ни в японском, ни в иврите. Есть доказательства, что, не имея слова для описания этого цвета, люди его вовсе не видели.

Как мы поняли, что синего не хватает

В «Одиссее» Гомер сравнивает море с цветом «тёмного вина». Но почему «тёмное вино», а не тёмно-синий цвет или зелёный?

В 1858 году учёный по имени Уильям Гладстон, ставший впоследствии премьер-министром Великобритании, заметил, что это не единственное странное описание цвета. Поэт страницу за страницей описывал сложные детали одежды, доспехи, оружие, черты лица, животных и многое другое. Но его упоминания о красках весьма непривычны. Железо и овцы фиолетовые; мёд зелёный.

Гладстон решил подсчитать количество упоминаний каждого цвета в книге. Оказалось, что чёрный встречается почти 200 раз; белый — около 100; другие цвета гораздо реже. Красный — менее 15 раз, а желтый и зелёный — менее 10. Гладстон обратился к другим древнегреческим текстам и обнаружил то же самое — нигде не упоминался синий. Слова такого даже не существовало.

Казалось, греки жили в хмуром и мрачном мире, лишённом ярких красок, с преобладанием чёрного, белого и цвета металла, с редкими вкраплениями красного или жёлтого.

Гладстон решил, что таково было уникальное цветовосприятие лишь у древних греков. Но его идеи развил немецкий филолог и философ Лазарь Гейгер (Lazarus Geiger), который в своих трудах отметил, что нечто подобное наблюдалось в разных культурах.

Он изучил исландские саги, Коран, древние китайские истории и древнееврейскую версию Библии. Об индуистских ведических гимнах Гейгер писал: «В этих трудах более десяти тысяч строк изобилуют описаниями небес. Едва ли найдётся объект, описанный чаще. Солнце, пылающие рассветы, день и ночь, облака и молнии, воздух и эфир — всё это раскрывается перед нами снова и снова… но есть нечто, о чём никто бы никогда не узнал из этих древних песен. О том, что небо голубое».

Синего цвета не было, то есть его не отличали от зелёных или тёмных оттенков.

Гейгер отследил, когда в мировых языках начал появляться «синий» и выявил любопытную картину.

В каждом языке в первую очередь появились слова для обозначения чёрного и белого или тёмного и светлого. Следующее слово, возникшее для характеристики цвета в каждом изучаемом языке по всему миру, — красный, цвет крови и вина.

Далее появился жёлтый, затем зелёный (в нескольких языках жёлтый и зелёный меняются местами). Последним из этих цветов в каждом языке появился синий.

Единственный древний народ, употреблявший слово для описания синего — это египтяне. И как следствие, это единственная культура, которая производила синий краситель.

Если задуматься, синего в природе не так уж и много — почти нет животных этого цвета, голубые глаза встречаются редко, а голубые цветы в основном выведены людьми. Конечно, есть небо, но синее ли оно на самом деле? Как мы убедились из работ Гейгера, даже в текстах, которые изобилуют описаниями неба, оно необязательно «синее».

Действительно ли небо синее?

Исследователь Гай Дойчер (Guy Deutscher), автор бестселлера «Сквозь зеркало языка: почему на других языках мир выглядит иначе», провёл неофициальный эксперимент. Как известно, один из первых детских вопросов, который слышат родители: «Почему небо синее?» Дойчер растил свою дочь, стараясь не описывать цвет неба, и однажды спросил её, какой цвет она видит у себя над головой. Алма, дочь Дойчера, не имела об этом ни малейшего представления. Для неё небо было бесцветным. Сначала девочка решила, что оно белое, а потом всё-таки синее. Но синий цвет был не первым, который она назвала.

Получается, люди не видели синий цвет, пока у них не появилось слово для его описания?

Здесь сложно разобраться, потому что мы точно не знаем, что творилось в голове у Гомера, когда он описывал море цвета тёмного вина и фиолетовых овец. Но мы знаем, что греки и другие народы древнего мире с биологической точки зрения обладали такой же способностью видеть цвета, что и мы с вами.

Можем ли мы видеть нечто, для описания чего у нас нет слов?

Чтобы ответить на этот вопрос исследователь Жюль Давидофф (Jules Davidoff) отправился в Намибию. Там он провёл эксперимент в племени химба, которое говорит на языке, не имеющем определения для синего цвета и не различающем синий от зелёного.

Когда людям племени показали круг с 11 зелёными квадратами и одним синим, они не смогли выбрать, который из них отличался от остальных. А те, кто разглядели разницу, затратили на это некоторое время и сделали несколько ошибок, прежде чем указали на синий квадрат.

Зато в языке химба есть больше слов для обозначения оттенков зелёного цвета, чем, например, в английском.

Взглянув на круг с зелёными квадратами, один из которых немного иного оттенка, они сразу замечают различие. А вы сможете?

Большинство из нас с трудом справляются с этой задачей.

Вот он, исключительный квадрат:

Давидофф пришёл к выводу, что, не имея слов для определения цвета, при отсутствии способа его распознавания, нам гораздо сложнее заметить его уникальность. Даже если наши глаза физически его воспринимают, у нас цвет каким-то образом блокируется.

Получается, что прежде чем синий цвет стал общераспространённым, возможно, люди его видели, но, похоже, они об этом не знали.

Возможно ли, что цвета проявляются в нашей жизни с течением долгого времени? Не технически, а наша способность их различать. Если мы не в силах замечать что-либо, существует ли оно в действительности?