Хочешь — плати. Нечем — умри. О прибалтийской медицине.

Пишет Дмитрий Торчиков, фрилансер из Латвии: Расскажу свежий пример, случившийся с моим другом. У него с некоторых пор стала отекать нога. Вне зависимости от того, вкалывает он, давая нагрузку, или лежит на диване весь день, она вдруг отекает так, что обувь не надеть и не снять.

Рано или поздно в таких случаях люди обращаются к нашим авиценнам (врачам, то бишь).

Как водится, первым делом идём к семейному. Сидим там пару часиков с бабушками, несмотря на запись и указанное точное время. Бабушки, естественно, находят свободные уши — и начинается подробный рассказ о всех их хворях в красочных подробностях. Не дай бог бабушку перебить! Она дождётся вас после приёма и дорасскажет всё до конца.

Понятное дело, что семейный, наслушавшийся от бабушек за целый день дополнений к медицинской энциклопедии, сидит уже никакой, и ему до лампы, что у вас отекает и где.

Назначается (наше всё) анализ крови из пальца. Там работает бабушка-инквизиторша, которая получает удовольствие от того, что делает людям больно, испытывая особое наслаждение, когда кто-то падает в обморок. Ну, к этому прилагаются ещё два анализа, но подробности опустим.

Через два дня в той же очереди очередная бабушка делится своим опытом беспрерывного лежания в больницах, хирургических операций и прочих медицинских и около медицинских экзекуций.

Семейный, нахмурив брови, разводит руками и говорит, что анализы у вас как у младенца, надо проверить желудок. Эндоскопия — это у них явно любимое направление.

Мой друг, в свою очередь, напоминает, что у него опухшая нога, и к желудку это не имеет никакого отношения.

Врач с досадой комкает направление на глотание кишки и назначает магнитные резонансы, УЗИ и прочие компьютерные исследования.

Так как город у нас передовой, ждать своей очереди нужно от трёх месяцев до полугода. То, что за это время может опухнуть весь мой друг целиком, никого не интересует.

Не находите тут параллелей с банальным разводом в 90-е годы? Схема та же: хочешь сейчас — плати, нечем платить — так умри.

Никуда не денешься — идёшь, платишь полную сумму, и на месте поражает, главное, то, что столпотворение страждущих напрочь отсутствует. Где те люди, которые дождались своей очереди и ещё живы?! Загадка, мистика. Никого, ни одного человека. Резонируй — не хочу.

Есть подозрение, что эти очереди, как у классика, — мёртвые души. Учитывая, что сам процесс занимает 15 минут, за полгода эту несложную процедуру может с лёгкостью пройти весь Вентспилс.

Но как уж есть. Заплатив по полной программе, получаешь ответ от улыбающегося доктора, что никаких отклонений от нормы у тебя нет. В этот момент хочется разделить радость с доктором, но он вряд ли согласится.

Снова на круги своя — к бабушкам и семейному.

Врач смотрит в бумаги, морщит лоб и задаёт провокационный вопрос: «А нога всё ещё опухшая?» — как бы надеясь на отрицательный ответ.

Неожиданно получив противоположный ответ, разводит руками — мол, тут наука бессильна, по всем анализам и резонансам вы здоровы как сивый мерин. Ну, практически как в той программе: «Вы слабое звено, прощайте!»

И когда ты уже прошёл всех врачей, включая зубного и психиатра, наступает кульминационный момент.

Семейный заговорщицким полушёпотом на ушко говорит: «Там в Айзпуте, говорят, бабка есть. И берёт недорого, и от всего помогает...»

Вот она — вершина научных достижений продолжателей дела великого Авиценны! Друг уже полгода ходит с периодически опухающей ногой, так как бабуля в Айзпуте тоже, похоже, в схеме. Деньги взяла, отваром из лапок весенних кузнечиков напоила.

И не помогло...

P.S. «А я могу себе позволить, поэтому езжу лечиться в Швейцарию». © А.Лембергс.