Как и за что у жителей Кохтла-Ярве опломбировали на границе бензобак (фото)

"Поздно вечером 2 сентября я ехал из Кингисеппа от родственников. Бываю у них три-четыре раза в месяц", — рассказал Delfi житель Кохтла-Ярве Сергей. У него — VW Passat. Машина приметная, потому что именно ее таможенники считают чуть ли не любимым транспортом бензовозчиков.

Foto: Ilmar Saabas

Читайте также: Нарвское горсобрание обратилось к таможне с просьбой сделать послабление для рядовых граждан

"Получается, раз у тебя Passat, значит все, клейменный, продаешь топливо", — отметил Сергей. Однако, по его словам, он никогда бензин из России на продажу не привозил, только для собственных нужд.

"В России же дешевле, а муж — инвалид, все здоровье на шахте оставил, десять лет там отработал, — добавила Ольга, жена Сергея. — Я тоже на инвалидности. У нас нет такого дохода, чтобы покупать топливо в Эстонии. И кто сказал, что мы обязаны ездить только на эстонском?"

Таможенные разночтения

"Когда в этот раз направлялся в Россию, в баке было 45 литров, задекларировал их на границе, — продолжил Сергей. — В Кингисеппе залил в него еще 15 литров, то есть бак был далеко не полный, а также 10 литров — в канистру. Так эстонские таможенники на канистру — ноль внимания, зато, сделав рентген, потребовали за 15 литров заплатить акциз. Я объяснил, что еду в Таллинн к дочери, а ведь от Нарвы до Таллинна как раз столько и уйдет".

В общем, платить Сергей отказался: "Тогда они два часа меня мурыжили, поставили пломбы на пробку и крышку бензобака и пояснили, что снимут их мне в Таллинне, раз я туда еду. Я пытался договориться — мол, через неделю опять поеду в Кингисепп, так они сами и снимут пломбы, заодно убедятся, что бензин я не сливал. Но — нет".

Ольга продолжила: "Инспектор Нарвского таможенного пункта Елена Зайцева сказала, что в Таллинне надо позвонить по такому-то телефону, мобильная группа таможенников приедет и снимет пломбы там, где нам будет удобно. Прибыв в Таллинн, мы по этому номеру так и не дозвонились, после чего связались по другому указанному телефону — с Садама, 21 (Пыхьяский налогово-таможенный центр. — Ред.). Нам сказали, что такой бригады, которая разъезжает и снимает пломбы нет, так что надо ехать прямо к ним".

Старший инспектор центра Сергей Пуусепп потом скажет: "В Нарве вас неправильно информировали". "Такие случаи единичны, но вообще-то сейчас началось".

После стояния за разными дверями и нескольких звонков с улицы к кохтла-ярвесцам наконец вышли двое сотрудников, которые открыли шлагбаум, и VW Passat въехал во двор.

На самом деле сначала даже было непонятно, что это люди "при исполнении", удостоверений они не показали. И только после того, как полюбопытствовал корреспондент, оказалось, что речь идет о старших инспекторах Сергее Пуусеппе и Ринальдо Корнете. Почему они были не в форме? "В ней должны быть люди, которые работают с клиентами на границе, у нас другие обязанности", — заметил Пуусепп.

Сначала мужчины посмотрели на прибор в машине, чтобы определить, сколько бензина осталось в баке. Пришли к выводу, что порядка 45 литров. Потом началась процедура снятия пломб. Принесли раскладной нож, срезали пломбы с крышки, потом с пробки бензобака.

А на нарвской бумаге о том, что бензин в баке остается под надзором таможни, Пуусепп написал, что 3 сентября в 13.45 автомобиль прибыл в пункт назначения по адресу Садама, 1, где с него сняли две пломбы, которые были целы.

Как заверил Пуусепп, такие случаи единичны, "но вообще-то сейчас началось". "Мы не принимаем политических решений. Они приходят сверху. Об этих проверках — пришли из Министерства финансов", — дополнил Корнет.

Пломба оставила на машине следы—"шашечки". "Вы мне испортили краску, как я должна это соскабливать?" — возмутилась Ольга. Насчет этого инспекторы были не в курсе и зафиксировать это на бумаге отказались — дескать, не они пломбы ставили, следовательно, не они и "нанесли порчу".

"Господи, до чего же все это надоело — все так размазано, чиновники трактуют законы, как хотят, — посетовала на прощание Ольга. — В Нарве говорят одно, в Таллинне — другое. Хоть бы уже определились. А машину теперь, наверно, придется продавать, а то Passat на таможне — как бельмо на глазу".

Свидетелями общения Сергея и Ольги с сотрудниками центра стали журналисты Delfi.