Смотря в каких. Если взять православные, так это заунывное пение любительского хора на непонятном никому, кроме колдунов в рясах и их приближенных, языке. Который почему-то называют "старославянский", хотя в лингвистической реальности это моравский диалект западнославянского (что старого, это да, согласен) языка.
У католиков более живенько, хотя тоже, частенько - на мёртвом, небольшого итальянского племени, и прихожанам непонятном, зато дико сакральном , языке.
В этом плане мне протестанты больше нравятся. Никаких золоченых ряс, странных золоченых же шапок, и вообще ничего всего вот этого вот, взятого явно или из язычества, или из сакральных преданий о "Втором Храме".
Никаких полусгнивших трупов или их частей с их обязательным целованием, никакого магического каннибализма, когда прихожане едят плоть своего бога и пьют его кровь.
Тут самое интересное, что православный догмат "о пресуществлении" напрочь разбивает робкие попытки некоторых говорить о том, что это все "символизм" и всего лишь напоминание о Тайной Вечере.
Догмат говорит четко - под волшебные песнопения и под воздействием личного, передаваемого от учителя к ученику, магического умения (передается посредством "рукоположения"), хлебец и рюмка вина превращаются в реальную плоть и кроь. Которую ты и должен съесть и выпить.
Смотря в каких. Если взять православные, так это заунывное пение любительского хора на непонятном никому, кроме колдунов в рясах и их приближенных, языке. Который почему-то называют "старославянский", хотя в лингвистической реальности это моравский диалект западнославянского (что старого, это да, согласен) языка.
, языке.
У католиков более живенько, хотя тоже, частенько - на мёртвом, небольшого итальянского племени, и прихожанам непонятном, зато дико сакральном
В этом плане мне протестанты больше нравятся. Никаких золоченых ряс, странных золоченых же шапок, и вообще ничего всего вот этого вот, взятого явно или из язычества, или из сакральных преданий о "Втором Храме".
Никаких полусгнивших трупов или их частей с их обязательным целованием, никакого магического каннибализма, когда прихожане едят плоть своего бога и пьют его кровь.
Тут самое интересное, что православный догмат "о пресуществлении" напрочь разбивает робкие попытки некоторых говорить о том, что это все "символизм" и всего лишь напоминание о Тайной Вечере.
Догмат говорит четко - под волшебные песнопения и под воздействием личного, передаваемого от учителя к ученику, магического умения (передается посредством "рукоположения"), хлебец и рюмка вина превращаются в реальную плоть и кроь. Которую ты и должен съесть и выпить.