Это как чума, которая не рачья, а людская. Природный носитель чумы - почвенная амеба, которая от такой соседки никак не страдает, у них что-то типа симбиоза даже.
Но вот, когда на эту планету пришли млекопитающие, они вначале тоже стали бессимптомными разносчиками, в которых чумная бакретия, однако, мутировала, стала убивать крыс и сусликов всяких, то есть грызунов, и заражать их блох, у которых ударная доза бактерий стала накапливаться в особом "чумном мешочке", который опорожнялся в каждую жертву, укушенную этой блохой. Поскольку кусали эти блохи и людей тоже, результат известен.
Невинный симбионт какой-то драной почвенной амебы начал опустошать популяцию двуногих обезьян с пугающей регулярностью, пока не нашли лекарство, а это было лишь в конце 19-го века.
Думаю, никто не скажет, что с чумой не надо бороться. Вот с местными раками та же история.
Это как чума, которая не рачья, а людская. Природный носитель чумы - почвенная амеба, которая от такой соседки никак не страдает, у них что-то типа симбиоза даже.
Но вот, когда на эту планету пришли млекопитающие, они вначале тоже стали бессимптомными разносчиками, в которых чумная бакретия, однако, мутировала, стала убивать крыс и сусликов всяких, то есть грызунов, и заражать их блох, у которых ударная доза бактерий стала накапливаться в особом "чумном мешочке", который опорожнялся в каждую жертву, укушенную этой блохой. Поскольку кусали эти блохи и людей тоже, результат известен.
Невинный симбионт какой-то драной почвенной амебы начал опустошать популяцию двуногих обезьян с пугающей регулярностью, пока не нашли лекарство, а это было лишь в конце 19-го века.
Думаю, никто не скажет, что с чумой не надо бороться. Вот с местными раками та же история.