Для меня этот танк, это часть моей жизни. Я к нему ещё на "школьнике" и "орлёнке" ездил. Проезжая в набитом автобусе, заранее выбирал с какой стороны встать, чтобы посмотреть на него. Так же мои дети. Я и мои родственники с друзьями, фотографировались на свадьбе и в благодарность героям за подаренное счастье, возлагали цветы. Но самое главное, это то место, где четыре поколения: дед-ветеран, мой отец, я и мой на тот момент единственный сын и этот танк, на 9-ое мая стоим и думаем, о том чтобы не было войны. А сегодня из-за того, что кто-то решил хоть как-то "насолить" русским, меня заставляют убрать его и накрыть тряпкой как...? А ведь ни я, ни мой дед, ни отец, ни жена, ни дети не сделали ничего плохого Эстонии. Законы не нарушали, налоги платили. А ведь много лет и денег было потрачено на интеграцию, много красивых слов наговорено -и на тебе а одночасье: "Плевать на вас, ваш танк и ваши чувства" Вот так, примерно, и закипает.
Для меня этот танк, это часть моей жизни. Я к нему ещё на "школьнике" и "орлёнке" ездил. Проезжая в набитом автобусе, заранее выбирал с какой стороны встать, чтобы посмотреть на него. Так же мои дети. Я и мои родственники с друзьями, фотографировались на свадьбе и в благодарность героям за подаренное счастье, возлагали цветы. Но самое главное, это то место, где четыре поколения: дед-ветеран, мой отец, я и мой на тот момент единственный сын и этот танк, на 9-ое мая стоим и думаем, о том чтобы не было войны. А сегодня из-за того, что кто-то решил хоть как-то "насолить" русским, меня заставляют убрать его и накрыть тряпкой как...? А ведь ни я, ни мой дед, ни отец, ни жена, ни дети не сделали ничего плохого Эстонии. Законы не нарушали, налоги платили. А ведь много лет и денег было потрачено на интеграцию, много красивых слов наговорено -и на тебе а одночасье: "Плевать на вас, ваш танк и ваши чувства" Вот так, примерно, и закипает.