Доктор исторических наук Пеэтер Варес пишет, что к началу Второй мировой войны «экономическое положение в стране было стабильным, трудовая занятость высокой, жизненный уровень приближался к уровню жизни Швеции и Норвегии, будучи при этом выше, чем в Финляндии».
Что и не удивительно, ибо в ходе Зимней война папа Джо оттяпал у финнов территорию, на которой производилось 11% финского ВВП, полмиллиона человек стали "внутренними беженцами", да сама война нанесла Финляндии огромный экономический ущерб. Но, поскольку финны сохранили самое главное - независимость - они довольно быстро все наверстали и уже к 1970-му году Финляндия стала одной из наиболее развитых стран Западной Европы, с соответствующим уровнем жизни населения.
Промышленность Эстонии за несколько лет до начала оккупации показывала уверенный и быстрый рост, до 14% в год, оправившись от последствий Великой Депрессии.
К 1938 году доля промышленности в национальном доходе достигла 32 %. Доля промышленной продукции в эстонском экспорте выросла с 36 % в конце 1920-х до 44 % к концу 1930-х. Уже это говорит о том, что предвоенная Эстония вовсе не была нищей и экономически отсталой страной, как любят живописать ее оккупанты. Страна динамично развивалась, встроившись в тогдашнюю мировую экономику и найдя в ней свою нишу. К сожалению, своего Маннергейса в Эстонии не нашлось. А у некоторых историков есть серьезные аргументы в пользу того, что тогдашний эстонский диктатор Пятс был и вовсе советским агентом.
Доктор исторических наук Пеэтер Варес пишет, что к началу Второй мировой войны «экономическое положение в стране было стабильным, трудовая занятость высокой, жизненный уровень приближался к уровню жизни Швеции и Норвегии, будучи при этом выше, чем в Финляндии».
Что и не удивительно, ибо в ходе Зимней война папа Джо оттяпал у финнов территорию, на которой производилось 11% финского ВВП, полмиллиона человек стали "внутренними беженцами", да сама война нанесла Финляндии огромный экономический ущерб. Но, поскольку финны сохранили самое главное - независимость - они довольно быстро все наверстали и уже к 1970-му году Финляндия стала одной из наиболее развитых стран Западной Европы, с соответствующим уровнем жизни населения.
Промышленность Эстонии за несколько лет до начала оккупации показывала уверенный и быстрый рост, до 14% в год, оправившись от последствий Великой Депрессии.
К 1938 году доля промышленности в национальном доходе достигла 32 %. Доля промышленной продукции в эстонском экспорте выросла с 36 % в конце 1920-х до 44 % к концу 1930-х. Уже это говорит о том, что предвоенная Эстония вовсе не была нищей и экономически отсталой страной, как любят живописать ее оккупанты. Страна динамично развивалась, встроившись в тогдашнюю мировую экономику и найдя в ней свою нишу. К сожалению, своего Маннергейса в Эстонии не нашлось. А у некоторых историков есть серьезные аргументы в пользу того, что тогдашний эстонский диктатор Пятс был и вовсе советским агентом.