Григорьева Надежда Викторовна. Нарва, Эстония. Семейный врач.
Халатное отношение к пациентке. Возраст пациентки на тот момент был 73 года, хроническое заболевание, ревматический артрит,недавно обнаружено и онкозаболевание, прописаны таблетки врачом онкоотделения..
Ни разу семейный врач Григорьева не назначила анализ мочи или крови, что необходимо при таком лечении.
В марте у мамы заболела сильно рука. Она терпеливая и мучалась неделю, спасаясь безуспешно подручными средствами. Очень она всегда боялась побеспокоить лишний раз этого врача.
В конце концов, позвонила. Та выписала обезболивающий гель.
Боли становились невыносимыми и маму с трудом удалось положить в больницу. Скорая помощь не хотела её брать, уверяя дождаться понедельника и звонить семейному врачу. Ей даже не помогли сесть в машину скорой помощи.Это была пятница.
В понедельник в 6,05 мама умерла.
Абсолютное равнодушие к пожилым людям, нечуствительность к страданиям, высокомерие.
Григорьева Надежда Викторовна. Нарва, Эстония. Семейный врач.
Халатное отношение к пациентке. Возраст пациентки на тот момент был 73 года, хроническое заболевание, ревматический артрит,недавно обнаружено и онкозаболевание, прописаны таблетки врачом онкоотделения..
Ни разу семейный врач Григорьева не назначила анализ мочи или крови, что необходимо при таком лечении.
В марте у мамы заболела сильно рука. Она терпеливая и мучалась неделю, спасаясь безуспешно подручными средствами. Очень она всегда боялась побеспокоить лишний раз этого врача.
В конце концов, позвонила. Та выписала обезболивающий гель.
Боли становились невыносимыми и маму с трудом удалось положить в больницу. Скорая помощь не хотела её брать, уверяя дождаться понедельника и звонить семейному врачу. Ей даже не помогли сесть в машину скорой помощи.Это была пятница.
В понедельник в 6,05 мама умерла.
Абсолютное равнодушие к пожилым людям, нечуствительность к страданиям, высокомерие.