Эстония рискует войти в историю, как родоначальник государственной цензуры в социальных сетях европейцев

Двадцать восемь версий Фейсбука, государство в роли родителя и цензура в Интернете — при самом неблагоприятном развитии событий все перечисленное ждет нас уже в ближайшие пару лет: Европейский парламент практически принял соответствующую директиву, регулирующую оказание аудиовизуальных медиа услуг (AVMS).

Эта неприятность случилась 25 апреля, на заседании Комитета по культуре. Всего в него входит 33 депутата, за директиву проголосовали 17. Согласно новому регламенту работы Европарламента, парламентского обсуждения не предусмотрено. На пленарном заседании будет лишь объявлено, что соавторы директивы, так называемые рапортеры — Сабин Верхайен (Народная партия) и Петра Каммерверт (Социал-демократы) получают мандат на ведение переговоров в рамках триалога: так называется завершающий раунд работы над евродирективами, когда за стол переговоров садятся представители Еврокомиссии, парламента и страны-председателя в Совете Европейского Союза. По иронии судьбы файл, одобренный 17 из 751 (!) депутата ЕП, ляжет на стол участников триалога, когда председателем будет Эстония.

Читайте также: Яна Тоом: у Эстонии есть шанс стать страной, позволившей угробить интернет

Наша страна, прославившаяся на весь мир широким внедрением цифровых технологий, рискует войти в историю как родоначальник государственной цензуры в социальных сетях европейцев.

Однако обо всем по порядку. Инициатива обновить AVMS исходила от Европейской комиссии и была совершенно оправдана: с тех пор, как принципы работы аудиовизуальных СМИ в Европе были приведены к общему знаменателю, многое изменилось. В частности, позиции Интернета, потеснившего телевидение как в качестве источника информации, так и в качестве рекламной площадки. Это последнее обстоятельство и стало роковым для предложенного Комиссией документа — в комитете по культуре в качестве рапортеров были назначены две немки, состоящие в совете национальной телерадиовещательной корпорации. То есть, они не только представляют одну страну, но еще и имеют очевидный конфликт интересов.

В результате работы рапортеров и без того далеко не бесспорное предложение Комиссии превратилось в инструмент по уничтожению конкурентного преимущества Интернета перед линеарным телевидением. Мало того — определение платформы для загрузки видео (video-sharing platform, VSP) было изменено в директиве таким образом, что под него подпадают и социальные сети, в которых есть техническая возможность делиться видеоклипами. То есть если сегодняшняя версия AVMS регулирует YouTube, завтрашняя охватывает фейсбук, твиттер и иже с ними.

Отсутствием регуляции социальные сети не страдают. И сегодня с того же Фейсбука удаляются посты, содержащие призывы к насилию, разжигающие рознь, пропагандирующие наркотики, порнография и пр. Для размещения рекламы тоже есть свои правила. А вот так называемый product placement — небескорыстное экспонирование товаров определенной марки — пользователям социальных сетей до сих пор сходил с рук. Больше не будет. Как именно в результате триалога Брюссель решит осложнить жизнь летсплейщикам, кулинарным, рукодельным и прочим бьюти-блогерам, будет видно по завершении переговоров, но уже сейчас ясно, что просто продолжать на камеру готовить пасту Barilla в кастрюле от Джейми Оливера не удастся никому.

Другая фишка директивы — надзор за моральным развитием ребенка. Звучит неплохо, если не принимать во внимание, что юридической дефиниции морального развития не существует в природе. Уже сегодня социальные сети обязаны блокировать посты, содержание которых наносит вред физическому или умственному развитию детей — скажем, Голубой кит. Ну а за моральным развитием, по мысли рапортеров, проследит государство. Глядя на пеструю карту Европейского Союза мы без труда насчитаем по меньшей мере с десяток стран, где представления о морали разнятся как день и ночь. Мать-одиночка — это морально или нет? А сексуальное образование в школе? Гомосексуализм? Споры об эвтаназии? Контрацепция? Аборты? Критика власти? Ловля покемонов в церкви? Слет ветеранов СС на Синимяэ? Празднование 9 мая? Список можно продолжать до бесконечности. И, с учетом электоральных тенденций последнего времени, можно быть уверенным, что желающие это сделать найдутся. Результат — вы ( даже не будучи ребенком) не увидите посты своих друзей, которые правительство вашей страны сочтет аморальным. А они, соответственно, не увидят ваших.

Между тем социальные сети — мини-модель общего цифрового рынка, то самое пространство без границ, которое помогает нам понимать друг друга и делает нас сильнее. Новая директива нацелена на то, чтобы строить стены.

Кто же за всем этим будет следить? Правильно — контрольные органы. Причем требование, чтобы эти органы были независимы и юридически, и функционально, репортерами учтено не было. Интересно, что представленная Консулу Европейского Союза точка зрения Эстонии совпадает с позицией рапортеров. Надеюсь, по недоразумению. Потому что в противном случае получается, что мы готовы поручить контроль над средствами массовой информации, социальными сетями и моральным развитием своих детей группе назначаемых с благословения правящей коалиции депутатов парламента, входящих в Совет Государственного телерадиовещания.

Директива, о которой идет речь, насчитывает более 70 страниц, и мной приведены лишь три из по меньшей мере десяти содержащихся в ней абсурдных положений. Но проблема в том, что документы такого объема читают только депутаты, непосредственно с ними работающие. То есть, в нашем случае, два основных и семь теневых рапортеров, всего девять человек. Именно эти девять формируют линию своей политической группы, докладывая о файле на заседании фракции. Однако ни народники, ни соцдемы ни разу AVMS не обсуждали: во-первых, считается, что в комитете по культуре занимаются всякой неконфликтной благоглупостью, а во-вторых, когда в зале на заседании фракции сидит двести человек и каждый хочет высказаться по поводу бюджета или Брексита, нечто под названием «ревизия директивы об оказании аудиовизуальных медиа услуг» не вызывает интереса. И рапортеры этим воспользовались. В понедельник, в момент анонсирования мандата, в зале будет 400 депутатов (именно столько депутатов входят в группы рапортеров) , поддерживающих директиву, о которой они ничего не знают.

Теоретически этого еще можно избежать, к чему я, как куратор фракции АЛДЕ в комитете по культуре и теневой рапортер по директиве, вместе с коллегами приложу все усилия. Во-первых, в течение 24 часов после анонсирования мандата наша фракция при поддержке еще трех политических групп — Зеленых, Левых (GUE) и Консерваторов (ECR) — потребует вынесения вопроса на голосование парламента, что и будет сделано. Во-вторых, на прошлой неделе по нашей инициативе состоялся круглый стол с участием заинтересованных сторон. Google, YouTube, Twitter, Facebook, Netflix — все в один голос говорят о том, что одобренная комитетом по культуре директива никуда не годится. Местами она просто невыполнима и противоречит уже действующему законодательству. Представители всех заинтересованных сторон обещали приложить усилия к тому, чтобы донести до моих коллег по парламенту, с чем мы имеем дело. В третьих, во вторник мы проводим пресс -конференцию, где также надеемся заронить в головы парламентариев семена сомнения.

Времени у нас мало — голосование должно состояться уже в четверг. Причем половины британских депутатов, которые разделяют нашу позицию, в Страсбурге не будет: в Великобритании полным ходом идет предвыборная кампания. Так что есть серьезный шанс, что уже через пять дней Европарламент узаконит государственную цензуру в соцсетях. Возможно, это повлечет за собой протесты, подобные тому, которые мы помним по АКТА. Однако в этот раз этого можно было избежать — если бы правительства стран-членов и евродепутаты учились на своих ошибках и меньше полагались на многомудрую европейскую бюрократию.

Яна Тоом, депутат Рийгикогу и Европарламента