В Силламяэ был т.н. "Первый" магазин, на площади. Да, это был магазин самообслуживания, кроме кондитерки всякой и спиртного. Тут пролетарское государство своим верным пролетариям почему-то не доверяло. Спиртное было в отделе, отгороженном прилавком, там обслуживала страждущих отдельная продавщица. А то не дай-то Ленин, пролетарии забудут пролетарскую солидарность всех стран и чего-то скоммуниздят?
Проблема была даже не в этом. Проблема была в том, что к концу совка почти все каждодневные продукты пропали из продажи, даже в "шикарной" Эстонии. Мясо, масло, даже пшеничный хлеб.
И виноваты тут были не условные англосаксы, рептилоиды или спекулянты, виновата была советская власть. Которая окончательно к тому времени расписалась в своей экономической немочи и бледной хвори.
Попытка как-то спасти ситуацию, типа введения покупательских карт и талонов, тоже успешной не стала. Я прекрасно помню, как мы все тогда охреневали - какие талоны? Что, война началась? Про пред- и послевоенные талоны мне бабушки рассказывали, я даже не верил, пока сам не увидел.
В Силламяэ был т.н. "Первый" магазин, на площади. Да, это был магазин самообслуживания, кроме кондитерки всякой и спиртного. Тут пролетарское государство своим верным пролетариям почему-то не доверяло. Спиртное было в отделе, отгороженном прилавком, там обслуживала страждущих отдельная продавщица. А то не дай-то Ленин, пролетарии забудут пролетарскую солидарность всех стран и чего-то скоммуниздят?
Проблема была даже не в этом. Проблема была в том, что к концу совка почти все каждодневные продукты пропали из продажи, даже в "шикарной" Эстонии. Мясо, масло, даже пшеничный хлеб.
И виноваты тут были не условные англосаксы, рептилоиды или спекулянты, виновата была советская власть. Которая окончательно к тому времени расписалась в своей экономической немочи и бледной хвори.
Попытка как-то спасти ситуацию, типа введения покупательских карт и талонов, тоже успешной не стала. Я прекрасно помню, как мы все тогда охреневали - какие талоны? Что, война началась? Про пред- и послевоенные талоны мне бабушки рассказывали, я даже не верил, пока сам не увидел.