Зиновьев, захватив горстью бороду, проговорил:
— Наложить бы еще какую подать на посады и слободы... Ну, хошь бы на соль...
Князь Волконский, острый умом старец, ответствовал:
— На лапти еще налогу нет...
— Истинно, истинно, — зашумели бояре, — мужики по двенадцати пар лаптей в год изнашивают, наложить по две деньги дани на пару лаптей, — вот и побьем путена хана...
Легко стало какиному правительству боярам. Решили дело. Иные вытирали пот, иные вертели пальцами, отдувались. Иные от облегчения пускали злого духа в шубу.
Зиновьев, захватив горстью бороду, проговорил:
— Наложить бы еще какую подать на посады и слободы... Ну, хошь бы на соль...
Князь Волконский, острый умом старец, ответствовал:
— На лапти еще налогу нет...
— Истинно, истинно, — зашумели бояре, — мужики по двенадцати пар лаптей в год изнашивают, наложить по две деньги дани на пару лаптей, — вот и побьем
путенахана...Легко стало
какиному правительствубоярам. Решили дело. Иные вытирали пот, иные вертели пальцами, отдувались. Иные от облегчения пускали злого духа в шубу.