Из журналистов в Нарве только Эрик Гамзеев смеет говорить правду о прежней власти.
Остальные как будто держат нейтралитет, который шит белыми нитками. Потому что прежняя власть для них близкая, понятная, родная.
Из журналистов в Нарве только Эрик Гамзеев смеет говорить правду о прежней власти.
Остальные как будто держат нейтралитет, который шит белыми нитками.
Потому что прежняя власть для них близкая, понятная, родная.