Ему повезло, что не дожил до революции. Красные его поставили бы к стенке, как царского генерала. Присяге своей такой человек не изменил бы никогда.
Ему повезло, что не дожил до революции. Красные его поставили бы к стенке, как царского генерала. Присяге своей такой человек не изменил бы никогда.