Рассказываю как: у меня сотрудница родом с хутора под Иизаку. Ее мама в конце девяностых - начале двухтысячных работала дояркой. До приезда чубатых и до ее увольнения, зарплата чистыми составляла немногим более тысячи евро. Для сельской части в то время, весьма солидные деньги. Она бы и работала дальше, но тут хозяева начали завозить кокелов. И вот зарплата уже девятьсот. Потом было предложено 800: хохлы вон, за эти деньги работают по 12 часов и без выходных. Мать сотрудницы махнула на это безобразие рукой и ушла на пенсию. Вставать в четыре утра, выполнять кучу подсобных работ, заниматься дойкой за такие деньги - да гори гаром, такая работа.
Так что не нужны нам крокодиловы слезы эстонских фермеров, сами создали эту проблему, сами ее и разгребайте.
Рассказываю как: у меня сотрудница родом с хутора под Иизаку. Ее мама в конце девяностых - начале двухтысячных работала дояркой. До приезда чубатых и до ее увольнения, зарплата чистыми составляла немногим более тысячи евро. Для сельской части в то время, весьма солидные деньги. Она бы и работала дальше, но тут хозяева начали завозить кокелов. И вот зарплата уже девятьсот. Потом было предложено 800: хохлы вон, за эти деньги работают по 12 часов и без выходных. Мать сотрудницы махнула на это безобразие рукой и ушла на пенсию. Вставать в четыре утра, выполнять кучу подсобных работ, заниматься дойкой за такие деньги - да гори гаром, такая работа.
Так что не нужны нам крокодиловы слезы эстонских фермеров, сами создали эту проблему, сами ее и разгребайте.