Садеков считает, что в произошедшем вообще нет состава преступления: «Это была взаимная симпатия. Девочка очень эмоциональная, тогда был протест против родителей и поиски себя. Так появилась учительница. Да, тут можно говорить о моральной стороне дела и о профессиональной этике, но уголовной составляющей там нет».
По сути, и адвокат не отрицает того, что факт сожительства учительницы и ученицы имел место: вопрос лишь в оценках, что это – нарушение профессиональной этики или уголовное преступление.
Садеков считает, что в произошедшем вообще нет состава преступления: «Это была взаимная симпатия. Девочка очень эмоциональная, тогда был протест против родителей и поиски себя. Так появилась учительница. Да, тут можно говорить о моральной стороне дела и о профессиональной этике, но уголовной составляющей там нет».
По сути, и адвокат не отрицает того, что факт сожительства учительницы и ученицы имел место: вопрос лишь в оценках, что это – нарушение профессиональной этики или уголовное преступление.