Еще историйка из совейской жизни в г.Силламяэ. В то же примерно время поступили на СХМПО по бартеру из Японии телевизоры, видаки, двукассетники и (почему-то) швейные машинки. Страшный дефицит в то время, купить это можно было только в "Берёзке" за чеки или валюту либо в комиссионке по дикой цене - например, японский двухкассетник стоил около 1000 рублей, еще доинфляционных. Видак вообще мог стоить, как советский автомобиль.
А тут для работников завода - по умеренной цене и за рубли. Ну, естественно, кто-то получил полный комплект техники (и не один!), а кто-то либо машинку, либо магнитофон. Типа, на всех не хватило. Разумеется, не остался без техники и партактив, даже на заводе не числившийся.
Через некоторое время выяснилось, что руководство завода значительную часть техники закрысило и распродало через доверенных людей за валюту, в-основном, в Таллинне. Полученные деньги, разумеется, пошли не в кассу завода. Лично мне это рассказал человек, который распродажей сам и занимался по поручению директора.
Еще историйка из совейской жизни в г.Силламяэ. В то же примерно время поступили на СХМПО по бартеру из Японии телевизоры, видаки, двукассетники и (почему-то) швейные машинки. Страшный дефицит в то время, купить это можно было только в "Берёзке" за чеки или валюту либо в комиссионке по дикой цене - например, японский двухкассетник стоил около 1000 рублей, еще доинфляционных. Видак вообще мог стоить, как советский автомобиль.
А тут для работников завода - по умеренной цене и за рубли. Ну, естественно, кто-то получил полный комплект техники (и не один!), а кто-то либо машинку, либо магнитофон. Типа, на всех не хватило. Разумеется, не остался без техники и партактив, даже на заводе не числившийся.
Через некоторое время выяснилось, что руководство завода значительную часть техники закрысило и распродало через доверенных людей за валюту, в-основном, в Таллинне. Полученные деньги, разумеется, пошли не в кассу завода. Лично мне это рассказал человек, который распродажей сам и занимался по поручению директора.