Это их национальная черта,всё знают лучше всех. Будешь крышу перекрывать, забор делать или колодец копать, если живет неподалеку - обязательно прибежит и начнет ценные указания давать весьма неприятным тоном. У меня в городке дом есть, построенный переселенцем из под Львова годах так в 60-х. Дык, вот. Русский бревенчатый дом - с бревнами параллельно земле, чтобы время от времени нижние венцы менять по мере их сгнивания. А этот дом построен из бревен, стоящих вертикально (!) относительно земли, и обмазан толстым слоем глины. Соответственно, каждое десятилетие он садится сантиметров на 5-7, нижний торец каждого бревна так или иначе гниет, окна явственно перекошены. И с момента постройки сел настолько, что человеку метр восемьдесят ростом там находиться почти некомфортно, он задевает головой светильники, не говоря уж о поклонах при переходе из комнаты в комнату. Это еще хозяева, потомки того переселенца, за домом следят и каждый год подмазывают свежей глиной облетающий низ.
Это их национальная черта,всё знают лучше всех. Будешь крышу перекрывать, забор делать или колодец копать, если живет неподалеку - обязательно прибежит и начнет ценные указания давать весьма неприятным тоном. У меня в городке дом есть, построенный переселенцем из под Львова годах так в 60-х. Дык, вот. Русский бревенчатый дом - с бревнами параллельно земле, чтобы время от времени нижние венцы менять по мере их сгнивания. А этот дом построен из бревен, стоящих вертикально (!) относительно земли, и обмазан толстым слоем глины. Соответственно, каждое десятилетие он садится сантиметров на 5-7, нижний торец каждого бревна так или иначе гниет, окна явственно перекошены. И с момента постройки сел настолько, что человеку метр восемьдесят ростом там находиться почти некомфортно, он задевает головой светильники, не говоря уж о поклонах при переходе из комнаты в комнату. Это еще хозяева, потомки того переселенца, за домом следят и каждый год подмазывают свежей глиной облетающий низ.