Выборы там проводить бесполезно, там кланово-племенная система, чёткого большиства никто не наберет, голосовать будут строго за своих. Проигравшие поражения не признают, продолжится гражданская война.
Второй вариант - зимбабвийский, когда есть четкое большинство (шона) и четкое меньшинство (матабелы). Но в таком случае вступает в силу основной закон африканско-чуркестанской "демократии" - "Один человек - один голос. Один раз". То есть демократически пришедший к власти президент (Мугабе в данном случае) приходит во власть на всю жизнь, вырезает верхушку меньшинств, устанавливает террористическое правление. Нормальные выборы больше не проводятся (поэтому и "один раз").
Единственное, что там можно сделать - перекрыть все границы с Сомали, прекратить поставки оружия и продовольствия. Тогда поневоле выжившие договорятся между собой. Кто-то подчинится, кто-то будет физически уничтожен. Как раньше всегда и было в банту- и чуркестанах, пока добрые белые дяди не стали поставлять туда оружие и жрачку.
Выборы там проводить бесполезно, там кланово-племенная система, чёткого большиства никто не наберет, голосовать будут строго за своих. Проигравшие поражения не признают, продолжится гражданская война.
Второй вариант - зимбабвийский, когда есть четкое большинство (шона) и четкое меньшинство (матабелы). Но в таком случае вступает в силу основной закон африканско-чуркестанской "демократии" - "Один человек - один голос. Один раз". То есть демократически пришедший к власти президент (Мугабе в данном случае) приходит во власть на всю жизнь, вырезает верхушку меньшинств, устанавливает террористическое правление. Нормальные выборы больше не проводятся (поэтому и "один раз").
Единственное, что там можно сделать - перекрыть все границы с Сомали, прекратить поставки оружия и продовольствия. Тогда поневоле выжившие договорятся между собой. Кто-то подчинится, кто-то будет физически уничтожен. Как раньше всегда и было в банту- и чуркестанах, пока добрые белые дяди не стали поставлять туда оружие и жрачку.