Знаете, если захотят уничтожить мою страну, мою семью, детей, мое имущество, мой образ жизни - мне будет всё равно, на каком языке отдаются приказы в армии вторжения. Мне будет всё равно, вторгаются ли в мою страну чуждые мне по языку и культуре или это будут представители пускай даже моей исторической родины. Даже если родной язык нападающих тот же, что у меня и моих детей.
Я присоединюсь к тем, кто окажет сопротивление вторжению.
Это мое личное мнение, никому его не навязываю.
Знаете, если захотят уничтожить мою страну, мою семью, детей, мое имущество, мой образ жизни - мне будет всё равно, на каком языке отдаются приказы в армии вторжения. Мне будет всё равно, вторгаются ли в мою страну чуждые мне по языку и культуре или это будут представители пускай даже моей исторической родины. Даже если родной язык нападающих тот же, что у меня и моих детей.
Я присоединюсь к тем, кто окажет сопротивление вторжению.
Это мое личное мнение, никому его не навязываю.