Радость моя есть не за конкретно Генннадия, а за здоровое противостояние целой системе лизоблюдства, покрывательства и, даже, кумовства. Вы посмотрите кто в отделах работают и руководит ими: или бывшие полицейские с их сёстрами, детьми и внуками, или пролизавшие задний проход до копчика нужным людям, пожертвовав свои разные интимные места, продажные, и не имеющего никакого авторитетного мнения шестёрки. И вот восстание! Революционная ситуация так-скать: низы не могут жить по старому, верхам серого вещества не хватает, руководить по новому. Казус однако.
Радость моя есть не за конкретно Генннадия, а за здоровое противостояние целой системе лизоблюдства, покрывательства и, даже, кумовства. Вы посмотрите кто в отделах работают и руководит ими: или бывшие полицейские с их сёстрами, детьми и внуками, или пролизавшие задний проход до копчика нужным людям, пожертвовав свои разные интимные места, продажные, и не имеющего никакого авторитетного мнения шестёрки. И вот восстание! Революционная ситуация так-скать: низы не могут жить по старому, верхам серого вещества не хватает, руководить по новому. Казус однако.