Политика будущего может исходить только из предположения, что Эстония никогда не будет мононациональным и одноязычным государством, и этого не надо бы даже хотеть. И что у эстонцев и русских есть общая часть видения истории: эстонский язык сейчас жив благодаря тому, что немецкая оккупация длилась здесь только три года.
Политика будущего может исходить только из предположения, что Эстония никогда не будет мононациональным и одноязычным государством, и этого не надо бы даже хотеть. И что у эстонцев и русских есть общая часть видения истории: эстонский язык сейчас жив благодаря тому, что немецкая оккупация длилась здесь только три года.