Орлов ни по сути акции, ни по форме ее исполнения не только не донес до публики то, что он хотел донести; но идеально закопал возможность это донести; дав антонову возможность стать победителем в данной стычке и состричь все возможные купоны пострадавшего героя.
А жаль. Был прекрасный шанс попытаться показать то; почему у многих антонов вызывает отторжение.
Антонов появился в департаменте со школьной скамьи (для любителей цепляться к словам имеется в виду высшая школа). Ни один самый талантливый человек не может в один момент стать супер специалистом только занкончив школу. Школа базис; на котором в ходе практике нарабатывается профессионализм. Для антонова это место было превосходным стартом: легальный работодатель; работодатель - местное самоуправление; специализации в достаточно востребованных отраслях права: вещное право; организация и правовая регуляция госпоставок; обязательственное право; особенно в части договор подряда; поручения; деликтов и квазиделиктов ну и конечно административное право. Специалист с такого рода практикой; хорошей школой и хорошей нормотехникой (вот что что; а нормотехника у Антонова на твердую 5); имел все шансы на блестящую карьеру.
Но тут начали т.н. «дело Овсянникова», т.е. дело по обвинению одного депутата, одного вице-мэра и нескольких предпринимателей по ограничению конкуренции. И Антонова вызвали по данному делу свидетелем. У любого нормального человека вызов в органы следствия не вызывает положительных эмоций. Тем более, все прекрасно знают уловку следствия: сначала тебя допрашивают в качестве свидетеля, так как будучи свидетелем, ты не можешь отказаться от дачи показаний, а дача ложных показаний является уголовно преследуемой. А потом тебя допрашивают уже подозреваемым, и пусть на этой стадии можно отказаться от дачи показаний и говорить все, что твоей душе угодно, показания, данные тобой, как свидетелем, потом никак не опровергнешь.
И можно предполагать следующее: пришел молодой специалист на допрос, а ему добрые дяди с проницательными глазами: ага! Рассказывай, как ты подыгрывал бандитской банде! А надо понимать, что чтобы антонов ни рассказывал, но как юрист он действительно создавал или курировал все документы поставок, готовил протоколы комиссий, выбиравших лучшее предложение и пр. То есть мог знать о совершаемых преступлениях (если, конечно, они имели место, но не донес).
Антонов, будучи юристом, прекрасно понимает то, что дошло уже до многих: обвинение может быть выдвинуто на пустом месте: в подделки документа, которая никогда не могла быть доказана, в получении скидки на 400 евро, но только на доказывание что ты не верблюд (причем с мало предсказуемым результатом) тебе придется убить где-то взятые в долг 30 000 – 50 000 оплаты адвокату.
Что мог сделать в таком случае антонов? А ничего! Будучи реально не при делах (желание закрывать глаза на неприглядные вещи, все-таки, трудно назвать соучастием) он со страху начал петь соловьем. И про то, что сам видел, и про то, что придумал и про то, что домыслил. И чем больше пел, тем все более и более добрели глаза его собеседников. И сказали ему напутственное слово: «Иди малтшик, карашо! Гут! Продолжай поротся за правое тело!» Ну и начал он бороться, как умел. А в напарники взял Луйгас. И начал в своей борьбе делать из нее икону благочестия и борьбы за правду. А Луйгас предусмотрительно не рассказала своему юному паладину о том, что на место директора ее назначали два преступника. Что с одним из преступников она в теплой и дружеской обстановке годами, по вечерам, в своем доме в Йыхви, на кухне пилила городские заказы и потом в виде приказа эту распиловку спускала своим подчиненным. И что прозрела она в кабинете следователя и избежала скамьи подсудимых только потому, что дала следствию материал на других подельников.
А антонов (без сомнения) продолжая время от времени получать моральную поддержку от дядь с добрыми глазами, горячим сердцем и холодными руками, начал то, что он понимает как крестовый поход за правду.
И вот возникла та проблема, которая вывела из себя Орлова. Антонов, за присутствием огромного количества свободного времени оплачиваемого городом, начал строчить уже не просто материалы, которые имеют хоть какую-то информационную ценность, а настоящие пасквили. Вываливается куча информации и ссылок. Куча коллажей, куча документов, которых большая часть читателей прочитать не может, потому, что они на эстонском, а те, кто может прочитать, не всегда могут понять их суть, так как они имеют строго юридический характер и созданы в контексте ряда других документов, и понять их можно адекватно только в совокупности с данными документами.
Принимая во внимание то, что большинство активных комментаторов не способны критически относится к такого рода информации (прекрасный пример : лично глубоко любимый мной Гагарин и Вечный Шурик), так как руководствуются не желанием всесторонне оценивать сообщенные факты, а верой в свои убеждения, то пасквилям антонова создается еще и флер одобрения народа.
Опровергать пасквили антонова бессмысленно. Не потому что они обоснованы. Потому что на каждую его фразу с квазидоказтельствами необходимо писать длительный и обоснованный комментарий. А у тех, кто реально работает, на это явно нет времени. Да и бесполезно. Тот же Гагарин, будучи убежденным фанатиком пары идей, изведет вопросами в стиле рассказа Шукшина «Срезал» и будет думать, что он доказал правду и показал никчемность оппонента (кстати, Гагарин, прочитайте рассказ, для вас полезно). Если не сможет доказать, будет на 10 комментариев выяснять личность визави заранее предполагая, что до дискуссии с ним снизошел сам Стальнухин.
На самом деле, то что антонов пишет не более чем высосанные из пальца пасквили доказывает один только простой факт: публикация, любая, рассматривается как сообщение о преступлении. В государстве прослеживается четкая тенденция любой намек на нечистоплотность центристов превращать в уголовное дело, ну и хотя бы в комментарий в ежегоднике КАПО. Понятно, что в отношении другой стороны с такой бдительностью напряженка (скандал с выдачей видов на жительство, финансированием реформы тещами реформистов и пр), но это не предмет данного поста. Так вот, если бы в словах и намеках Антонова была бы хоть крупица истины, то сообщенные им «жаренные факты» давно бы расследовались органами. А антонов, получив на очередной встрече со своими кураторами очередную информацию о ходе следствия (которая, вообще-то, до начала судебного производства является тайной) уже бы сообщал et urbis et orbis о том, что он знает какие дела расследуются и с каким результатом. Таких сообщений антонова нет. А это как раз и значит то, что никакой истины в пасквилях антонова нет.
Орлову стоило бы нормально суммировать все пасквили, которые писал Антонов, спокойно проанализировать, то, что из этого вышло. Стоило бы проанализировать какие вообще уголовные дела в отношении представителей власти велись и чем они закончились (было ясно, что большинство дел закончилось полным пшиком) и методично и спокойно объяснять пустопорожность наездов антонова.
Шоу под названием «Скажи, что ты тут делаешь» было явно эмоциональным и не в кассу.
И в качестве ПыСы. Политика сайта Стена меня откровенно поражает. Администратор оперативно удалял ряд комментариев, которые находил резкими (в том числе и намеки на то, что Антонов является секретным сотрудником органов), комментарии Деловой и многие другие. Уже сутки весят комментарии, которые иначе как антисемитскими не назовешь. Но какой-то модерации данных комментариев не видно (хотя такой комментарий четко имеет признаки уголовного преступления). Пару раз комментаторы (конкретно Гагарин и антонов) намекали на то, что они свободно получают от админа данного ресурса данные о других комментаторах. Выходных данных ресурса нигде нет, кроме анонимного е-майла с которого никто не отвечает ни на какие претензии. Иногда у меня создается впечатление, что данный ресурс создан с конкретными целями.
ПыПыСы Я не еврей, скорее татарин. Но разборки на уровне национальностей не перевариваю.
Орлов ни по сути акции, ни по форме ее исполнения не только не донес до публики то, что он хотел донести; но идеально закопал возможность это донести; дав антонову возможность стать победителем в данной стычке и состричь все возможные купоны пострадавшего героя.
А жаль. Был прекрасный шанс попытаться показать то; почему у многих антонов вызывает отторжение.
Антонов появился в департаменте со школьной скамьи (для любителей цепляться к словам имеется в виду высшая школа). Ни один самый талантливый человек не может в один момент стать супер специалистом только занкончив школу. Школа базис; на котором в ходе практике нарабатывается профессионализм. Для антонова это место было превосходным стартом: легальный работодатель; работодатель - местное самоуправление; специализации в достаточно востребованных отраслях права: вещное право; организация и правовая регуляция госпоставок; обязательственное право; особенно в части договор подряда; поручения; деликтов и квазиделиктов ну и конечно административное право. Специалист с такого рода практикой; хорошей школой и хорошей нормотехникой (вот что что; а нормотехника у Антонова на твердую 5); имел все шансы на блестящую карьеру.
Но тут начали т.н. «дело Овсянникова», т.е. дело по обвинению одного депутата, одного вице-мэра и нескольких предпринимателей по ограничению конкуренции. И Антонова вызвали по данному делу свидетелем. У любого нормального человека вызов в органы следствия не вызывает положительных эмоций. Тем более, все прекрасно знают уловку следствия: сначала тебя допрашивают в качестве свидетеля, так как будучи свидетелем, ты не можешь отказаться от дачи показаний, а дача ложных показаний является уголовно преследуемой. А потом тебя допрашивают уже подозреваемым, и пусть на этой стадии можно отказаться от дачи показаний и говорить все, что твоей душе угодно, показания, данные тобой, как свидетелем, потом никак не опровергнешь.
И можно предполагать следующее: пришел молодой специалист на допрос, а ему добрые дяди с проницательными глазами: ага! Рассказывай, как ты подыгрывал бандитской банде! А надо понимать, что чтобы антонов ни рассказывал, но как юрист он действительно создавал или курировал все документы поставок, готовил протоколы комиссий, выбиравших лучшее предложение и пр. То есть мог знать о совершаемых преступлениях (если, конечно, они имели место, но не донес).
Антонов, будучи юристом, прекрасно понимает то, что дошло уже до многих: обвинение может быть выдвинуто на пустом месте: в подделки документа, которая никогда не могла быть доказана, в получении скидки на 400 евро, но только на доказывание что ты не верблюд (причем с мало предсказуемым результатом) тебе придется убить где-то взятые в долг 30 000 – 50 000 оплаты адвокату.
Что мог сделать в таком случае антонов? А ничего! Будучи реально не при делах (желание закрывать глаза на неприглядные вещи, все-таки, трудно назвать соучастием) он со страху начал петь соловьем. И про то, что сам видел, и про то, что придумал и про то, что домыслил. И чем больше пел, тем все более и более добрели глаза его собеседников. И сказали ему напутственное слово: «Иди малтшик, карашо! Гут! Продолжай поротся за правое тело!» Ну и начал он бороться, как умел. А в напарники взял Луйгас. И начал в своей борьбе делать из нее икону благочестия и борьбы за правду. А Луйгас предусмотрительно не рассказала своему юному паладину о том, что на место директора ее назначали два преступника. Что с одним из преступников она в теплой и дружеской обстановке годами, по вечерам, в своем доме в Йыхви, на кухне пилила городские заказы и потом в виде приказа эту распиловку спускала своим подчиненным. И что прозрела она в кабинете следователя и избежала скамьи подсудимых только потому, что дала следствию материал на других подельников.
А антонов (без сомнения) продолжая время от времени получать моральную поддержку от дядь с добрыми глазами, горячим сердцем и холодными руками, начал то, что он понимает как крестовый поход за правду.
И вот возникла та проблема, которая вывела из себя Орлова. Антонов, за присутствием огромного количества свободного времени оплачиваемого городом, начал строчить уже не просто материалы, которые имеют хоть какую-то информационную ценность, а настоящие пасквили. Вываливается куча информации и ссылок. Куча коллажей, куча документов, которых большая часть читателей прочитать не может, потому, что они на эстонском, а те, кто может прочитать, не всегда могут понять их суть, так как они имеют строго юридический характер и созданы в контексте ряда других документов, и понять их можно адекватно только в совокупности с данными документами.
Принимая во внимание то, что большинство активных комментаторов не способны критически относится к такого рода информации (прекрасный пример : лично глубоко любимый мной Гагарин и Вечный Шурик), так как руководствуются не желанием всесторонне оценивать сообщенные факты, а верой в свои убеждения, то пасквилям антонова создается еще и флер одобрения народа.
Опровергать пасквили антонова бессмысленно. Не потому что они обоснованы. Потому что на каждую его фразу с квазидоказтельствами необходимо писать длительный и обоснованный комментарий. А у тех, кто реально работает, на это явно нет времени. Да и бесполезно. Тот же Гагарин, будучи убежденным фанатиком пары идей, изведет вопросами в стиле рассказа Шукшина «Срезал» и будет думать, что он доказал правду и показал никчемность оппонента (кстати, Гагарин, прочитайте рассказ, для вас полезно). Если не сможет доказать, будет на 10 комментариев выяснять личность визави заранее предполагая, что до дискуссии с ним снизошел сам Стальнухин.
На самом деле, то что антонов пишет не более чем высосанные из пальца пасквили доказывает один только простой факт: публикация, любая, рассматривается как сообщение о преступлении. В государстве прослеживается четкая тенденция любой намек на нечистоплотность центристов превращать в уголовное дело, ну и хотя бы в комментарий в ежегоднике КАПО. Понятно, что в отношении другой стороны с такой бдительностью напряженка (скандал с выдачей видов на жительство, финансированием реформы тещами реформистов и пр), но это не предмет данного поста. Так вот, если бы в словах и намеках Антонова была бы хоть крупица истины, то сообщенные им «жаренные факты» давно бы расследовались органами. А антонов, получив на очередной встрече со своими кураторами очередную информацию о ходе следствия (которая, вообще-то, до начала судебного производства является тайной) уже бы сообщал et urbis et orbis о том, что он знает какие дела расследуются и с каким результатом. Таких сообщений антонова нет. А это как раз и значит то, что никакой истины в пасквилях антонова нет.
Орлову стоило бы нормально суммировать все пасквили, которые писал Антонов, спокойно проанализировать, то, что из этого вышло. Стоило бы проанализировать какие вообще уголовные дела в отношении представителей власти велись и чем они закончились (было ясно, что большинство дел закончилось полным пшиком) и методично и спокойно объяснять пустопорожность наездов антонова.
Шоу под названием «Скажи, что ты тут делаешь» было явно эмоциональным и не в кассу.
И в качестве ПыСы. Политика сайта Стена меня откровенно поражает. Администратор оперативно удалял ряд комментариев, которые находил резкими (в том числе и намеки на то, что Антонов является секретным сотрудником органов), комментарии Деловой и многие другие. Уже сутки весят комментарии, которые иначе как антисемитскими не назовешь. Но какой-то модерации данных комментариев не видно (хотя такой комментарий четко имеет признаки уголовного преступления). Пару раз комментаторы (конкретно Гагарин и антонов) намекали на то, что они свободно получают от админа данного ресурса данные о других комментаторах. Выходных данных ресурса нигде нет, кроме анонимного е-майла с которого никто не отвечает ни на какие претензии. Иногда у меня создается впечатление, что данный ресурс создан с конкретными целями.
ПыПыСы Я не еврей, скорее татарин. Но разборки на уровне национальностей не перевариваю.