Каждый день гуляю по заброшенной части парка с собакой и прямо на моих глазах здание ДК и прилегающая к нему территория разваливается и запускается.
Забавно наблюдать, как городские работники все лето косят траву четко по городской линии парка, а та, что принадлежит к ДК гордо зарастает высокими зарослями, словно забором.
А в августе 2012 молодежь все-таки добралась до каруселей и навела там свои "порядки", да такие что, тому кто арендовал городские карусели, ничего не осталось как наживиться на сдаче металлолома, увы и все их труды по восстановлению атракционов с мая месяца оказались напрасными.
Особенно жутко проходить мимо здания ДК вечером, когда только лунный свет робко освещает силуэт здания. Невольно думается, что городские власти лишь тогда обратят на эту проблему, свое драгоценное, внимание, когда кого-то придавит отвалившейся крышей или повалившейся стеной или пока там не найдут останки, очередной маленькой девочки...
Каждый день гуляю по заброшенной части парка с собакой и прямо на моих глазах здание ДК и прилегающая к нему территория разваливается и запускается.
Забавно наблюдать, как городские работники все лето косят траву четко по городской линии парка, а та, что принадлежит к ДК гордо зарастает высокими зарослями, словно забором.
А в августе 2012 молодежь все-таки добралась до каруселей и навела там свои "порядки", да такие что, тому кто арендовал городские карусели, ничего не осталось как наживиться на сдаче металлолома, увы и все их труды по восстановлению атракционов с мая месяца оказались напрасными.
Особенно жутко проходить мимо здания ДК вечером, когда только лунный свет робко освещает силуэт здания. Невольно думается, что городские власти лишь тогда обратят на эту проблему, свое драгоценное, внимание, когда кого-то придавит отвалившейся крышей или повалившейся стеной или пока там не найдут останки, очередной маленькой девочки...