эверест

Многие знают, что покорение вершин это смертельно опасно и те, кто поднимаются, не всегда спускаются. На Горе умирают и новички и опытные альпинисты. Но к моему удивлению, совсем не многие знают, что умершие остаются там, где их застигла судьба. Нам, людям цивилизации, интернета и города — по меньшей мере странно слышать, что тот же Эверест давно превратился в кладбище. Трупов на нем не счесть и никто не спешит спускать их вниз - слишком опасно брать на себя дополнительный груз.

Эверест — это современная Голгофа. Тот, кто идет туда, знает — у него есть шанс не вернуться. Рулетка с Горой, повезет — не повезет. Не все зависит от тебя: ураганный ветер, замерзший клапан на кислородном балоне, неправильный расчет времени, лавина, истощение и пр. Эверест часто доказывает людям, что они смертны. Хотя бы тем, что когда поднимаешься видишь тела тех, кому уже больше никогда не суждено спуститься.

Этот израильтянин (слева на фото) в 300-ах метрах от вершины Эвереста повернул обратно, чтобы спасти турецкого альпиниста (на фото справа)

Вроде бы ну и что в этом такого? Но давайте познакомимся поближе и узнаем, какова цена восхождения на высочайшую вершину мира. Для справки: в этом альпинистском сезоне на Эвересте погибли более 50 человек. Только в минувшее воскресенье недалеко от вершины погибли сразу четыре альпиниста из Германии, Канады и Южной Кореи.

Многие знают, что покорение вершин это смертельно опасно. И те, кто поднимаются, не всегда спускаются. На Горе умирают и новички и опытные альпинисты. Но к моему удивлению, совсем не многие знают, что умершие остаются там, где их застигла судьба. Нам, людям цивилизации, интернета и города — по меньшей мере странно слышать, что тот же Эверест давно превратился в кладбище. Трупов на нем не счесть и никто не спешит спускать их вниз.

Недавно я рассказал об этом своему знакомому, так он мне не поверил. Говорил, что не может такого быть, чтобы людей оставили лежать там, где их застигла смерть. Но в горах несколько иные правила. Хорошие или плохие — не мне и не из дома судить. Порой мне кажется, что в них очень мало человеческого, но даже будучи на пяти с половиной километрах, я чувствовал себя не слишком хорошо, чтобы, к примеру, волочить на себе что-либо весом килограмм под пятьдесят. Что уж говорить о людях в Зоне смерти — высоте восемь километров и выше.